Обряд

Бумага в лотке у принтера, ручки стоят в стакане на столе.

* * *

– Я детдомовская, – пояснила Агата через пару минут. Она попросила поставить ещё чая и ждать её на кухне. – Моя ненаглядная мамочка оставила меня в роддоме. Узнала, что ей поставили шизофрению, и оставила, зачем ей ненормальная дочь?

– Шизофрения передаётся по наследству? – поднял взгляд Владимир.

Агата кивнула.

– Ну, то есть проще ребёнка сбагрить государству, чем думать, прежде чем залетать.

– Вы не рады, что родились?

Агата улыбнулась.

– Ну что вы, жуть как рада. Кроме шуток. Только вот хотелось нормальных маму с папой сразу, а не через четырнадцать лет.

Владимир покачал головой.

– Были у меня папа с мамой, – продолжила Агата. – Хорошие, добрые люди. Я им очень сочувствую, я первый год такие корки мочила, даже не знаю, почему меня по гарантии не вернули. Потом как-то за ум взялась. А когда мне было семнадцать с половиной, они утонули. Может быть, вы читали, тогда было жуткое кораблекрушение в Испании.

Я в гостинице была, терпеть корабли не могу. В общем, осталась я наследницей их квартиры и стала жить с дядей.

– Дядя быстро всё понял и глаз на меня положил, – продолжила Агата. – Ну и намекнул, что если я не буду его слушаться, то в момент вернусь в детский дом с голой задницей. И не будет мне никакого наследства. В первый раз только потрогал везде, где хотел, – поёжилась Агата. – Я тогда поняла, что надолго меня не хватит. Как месячные кончатся, так и начнётся у меня семейная, мать её, жизнь.

Дядя был мелким чиновником. Брал, как все, естественно. Я всегда любила лезть не в свои дела, ну и пошарилась малость, когда он бдительность потерял. Нашла много интересного. В общем, пошла я сдуру к тёте Соне – она у нас участковым врачом была. Всё рассказала. Она меня пожалела, успокоила и сказала, что знает, что делать.

– В общем, в тот же вечер она меня сдала, – усмехнулась нехорошо Агата. – Пришла к нам домой и… я даже позвонить Грише не успела. Отобрали у меня трубку, и тут до меня, дуры, дошло, что тётя Соня с ним в одной шайке.

А я из дому-то уже убегала, была такая блажь, так что они меня почти сразу скрутили, рот заклеили, чтобы я не орала, и стали обсуждать, когда именно я убежала в последний раз и почему меня начали искать не сразу… Но я же не совсем деревянная. Мы из детдома вместе с Гришей Ворониным тогда откинулись, у него тоже родители появились.

– Гриша Воронин?

– Ну да. Его тоже психом обзывали.