Ступени из пепла

До вечера, Дени… Я забегу перед началом, хорошо?

– Буду ждать, – кивнул он. И мы распрощались.

* * *

Лас-Таэнин промчалась мимо меня, с коробками в руках. Ах, ну да, готовят застолье – это ж как надо вооружиться. Стойте… Хлыст упомянул «первый день». Что, в этот раз Выпуск длится дольше одного дня?

Однако.

Пока я размышляла надо всем этим, на горизонте показалась Лас, бегущая назад, в буфет.

– Лас… – неуверенно обратилась я, отчасти ожидая, что она только прибавит скорости.

Она остановилась, улыбнулась, вытерла руки (в каком-то белом порошке… сахарная пудра?)

– Возьми, – протянула я ей три пакетика.

Она тут же смутилась. Вероятно, даже покраснела… тёмная кожа вполне могла это скрыть. Но обоняние не обманешь.

– Нет… я не…

– Ты же любишь, я знаю, – она протянула руку неуверенно, словно ожидая, что я отдёрну свою и покажу ей язык. – Я тоже люблю. Пожалуйста.

– Я знаю, – ответила она, уже уверенно и немного иронично. – Спасибо!

И всё. Надо удивляться, как пол не загорается под её ногами – носиться с такой скоростью.

А когда я пришла к себе, то, признаться, засунула пакетики в шкафчик со всякой такой мелочью и думать о них забыла. Потому что из-под кровати выглядывал кончик провода от мины-сюрприза.

Так.

Судя по звукам, стирка закончена. Если я правильно помню, там ещё захода на три. Как раз к восьми вечера успею. Заодно примету исполню: покончить с пылью и грязью, потому что убираться во время праздников можно только в крайнем случае.

Как непривычно было пользоваться пылесосом! Даже таким, который, кажется, сам во всём разбирается, а человека терпит единственно из вежливости.

7. И очень опасна

Я переоделась в халат и почувствовала себя намного привычнее. Три с чем-то часа до начала. До Начала. Жаль, не спросила, сколько же дней в этом году будем гудеть.

Свёрток представлял собой эластичную пластиковую коробку, небрежно завёрнутую в старое покрывало. Я долго прислушивалась к содержимому свёртка, долго рассматривала его.

Пока не поняла, что поступаю не очень логично – уходя, я пинком отправила его под кровать. Эх, Май, что с тебя взять…

Обёртка оказалась на редкость прочной. И содержимое не угадывалось вовсе. Наконец, пожалев ногти, я взялась за ножницы.

И едва не сломала их. Надо же, пластик, а прочен, как сталь! Шила у меня нет, а заколкой от волос и бумагу-то не проткнуть. Чем я только не пыталась проколоть хотя бы одну дырочку.