Главная роль

Да, за такую стрельбу одна награда – каторга, причём для всех: от командира до последнего трюмного матроса!

На борту царь не стал слушать рапорт вахтенного офицера, раздражённо отмахнулся, приказал распустить команду по местам и подозвал к себе старшего на корабле – командующего флотом.

– Ну, что, сударь, скажите в своё оправдание? – царь с трудом сдерживал гнев.

Адмирал не успел и рта открыть, как вперёд вышел командир броненосца – князь Голицын.

– Ваше величество, – произнёс он спокойно, так, словно обращался к равному, – это МОЙ корабль, и за вс?, что происходит на его борту, отвечать мне одному.

Царь сначала очень удивился такой наглости, но вспомнив, что Голицыны в дворцовой иерархии стоят сразу за Романовыми, а учитывая их заслуги перед государством, то почти ровня, смягчился.

– Полноте, вам, Иван Иванович, давайте пройдёмся, доложите мне, что на ВАШЕМ корабле творится.

О чём они говорили никто не слышал, но царь из всех причастных наказал только одного человека – князь был разжалован в рядовые матросы сроком на три года.

Командир «Донского казака» лейтенант Ильин-четвёртый был лично награждён царём золотой саблей и повышен в чине. Потом он честно служил на флоте и дослужился до командира линкора «Петропавловск». После революции перешёл на сторону Советов, но во время Кронштадтского восстания 1921 года был зарезан пьяным матросом.

Порт-Артур

До Японского моря добрались без приключений, если не считать небольшого пожара в носовом шпилевом отделении. Нашлась вс?-таки сволочь среди матросов, заныкала водку и напилась, заодно подпалив окурком старые канаты. Нарушитель «сухого закона» сначала был избит своими, а потом командир в первом же порту ссадил его на берег и передал русскому консулу. Разжалованный матрос с видом брошенной собаки бегал по причалу, молил взять его обратно на борт, хватался за швартовый канат, рыдал в голос и обещал погибнуть в первом же бою.

На подходе к Порт-Артуру Песков приказал поднять из трюмов весь груз и разместить его на верхней палубе, разделив на плавучий и неплавучий. Плавучий связали между собой цепями и канатами, а неплавучий разложили напротив шлюпок и плотов.

К крепости подходили поздним вечером, держась как можно ближе скалистого берега. На внешнем рейде скучали на якоре два японских миноносца.