Шагая в вечность. Книга 1

Майор уже открыл рот, видно, хотел что-то сказать или возразить, но Босс остановил его, подняв руку:

– Господин майор, мы уже обсуждали с Вами эти моменты, нет смысла повторяться.

Затем Александр Евгеньевич опять обратился ко мне:

– Сейчас очень много зависит от вас. Я думаю, нисколько не преувеличу, если назову Вас нашей надеждой на будущее. Я очень прошу – разберитесь в себе и помогите разобраться в остальных. Считаю, что Вам нужно просканировать всех наших людей. К сожалению, нас осталось совсем немного… опять… Попробуйте физический контакт – возможно, это упростит и облегчит процесс.

Босс замолчал, постоял немного, видимо думал, всё ли сказал. Потом продолжил:

– И ещё одно. Огромная просьба, даже требование. Все эксперименты – только в присутствии свидетелей и Сергея. Никакой самодеятельности за закрытыми дверьми. Сейчас отдохните час, два… В общем, как только почувствуете себя в норме – приступайте.

– Нет, Александр Евгеньевич, вопросов нет. Предложений тоже.

– Ну что ж, тогда всем нам удачи.

Босс коротко кивнул и вышел в коридор.

– Сколько тебе надо времени? – спросил майор.

– Думаю, не больше часа-двух. Я спущусь в холл, как только буду готов.

– Хорошо. Тогда мы тебя ждём.

Я развернулся и пошёл в свою комнату.

Через полтора часа я чувствовал себя вполне готовым к новым подвигам.

Я нашёл майора, и очень скоро мы опять были в его кабинете вместе с Лилей и Николаем. За дверями ждала первая партия, десять человек. Ну что ж, включаем сканер…

Люди заходили, садились рядом, я брал их за руку (так действительно оказалось намного проще), смотрел на структуру, Лиля составляла списки – фамилия, имя, цвет… Уже на третьем человеке процедура из чуда чудного превратилась в обыденность, а я тратил всё меньше и меньше сил на каждого «подопытного», пусть на капельку, но всё-таки, – через час с небольшим были проверены все однообщинники, а я чувствовал в себе силы поработать еще столько же.

Цветовая палитра энергий пополнилась совсем немного: к голубой, как у меня, красной, белой и зелёной добавилась фиолетовая. Все были такие же бледные, а их обладатели ничего не чувствовали. Причём голубая была самая редкая: всего два человека, кроме меня, были её обладателями.