Выживальщики 5. Спасённые

– Слушай меня внимательно, – сквозь зубы, борясь с болью, прошептала она.

– Я помогу… – начал было Спас, но она так крепко сжала руку у него на груди, что он понял, что лучше бы ему помолчать.

– Вернёшься в свою пещеру, выйдешь из неё и поверни направо. Иди вдоль правой стены, никуда не сворачивая, – шептала она, – долго, возможно несколько часов. Иногда ты будешь возвращаться на прежнее место, но ты всё равно иди вдоль правой стены. Сделай так, и придёшь куда нужно.

– Куда? – спросил Спас, и пожалел, потому что рука на груди сжалась ещё сильнее.

– Найдёшь мою дочь. Спаси её! Выведи из этого проклятого места! Дай ей нормальную жизнь, не в норе! Ты мне должен! Жизнь за жизнь! Я спасла тебя, а ты спаси её!

Спас вдруг понял, что это не бред умирающего, а чистая правда. Теперь всё встало на свои места. Вот, оказывается, что она скрывала! Матильда вытащила из под себя вторую руку и ухватилась ей тоже за грудки. Двумя руками потянула его к себе, глядя в глаза.

– Клянись! – прошептала она.

– Клянусь! – с жаром ответил он, – у меня есть только жизнь, которую ты мне дважды подарила, и я клянусь ей, что сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь твоей дочери. К чёрту всё, я клянусь всем этим грёбанным миром, что спасу её, чего бы это ни стоило.

Она опять потянула его на себя, он старался облегчить ей эту задачу как мог и наклониться самостоятельно. Её щека оказалась возле его щеки, а губы возле уха.

– Я тебе ВЕРЮ, – сказала она, и вместе со словом «верю», из неё вылетел последний вздох и она обмякла.

– Нееееет! – закричал Спас, прижимая её к груди и раскачиваясь из стороны в сторону.

Но помочь Матильде он уже ничем не мог, кроме того, как исполнить свою клятву.

Он плохо потом помнил, сколько времени сидел так и кричал, глядя в небо и прижимая оказавшееся очень хрупким тело к груди. Плохо помнил, как шёл домой неся её на руках и постоянно спотыкаясь. Плохо помнил, как лез по скалам и пробирался через валуны к входу.

Плохо помнил, как шёл по пещерам, к своей «комнате». Плохо помнил, как положив Матильду на ложе, сидел рядом и плакал. Долго и отчаянно рыдал, возможно, впервые в жизни, включая и ту, которую он забыл. Плохо помнил, как доведя себя слезами до изнеможения, повалился на пол и уснул.

Ему очень повезло, что охотник был один. Он, конечно, был из банды, но шёл впереди, чтобы охотиться.