Выживальщики 7. Лес

Она держала волкаря за нос, палка была занесена для удара, его пасть была открыта и готова сомкнуться на ней, но никто не двигался. Даже глаза были неподвижны, как на картинке.

Ладе показалось, что это длится целую вечность, но это было, конечно, не так. Прошло всего несколько секунд. Но до неё постепенно стало доходить, что мир не замер, а замерли только они. Она и волкарь.

И тут она вдруг всё осознала. Когда она схватила его за нос, контакт возник. И не просто возник, а обрушился на них с невероятной силой. Так, что она проникла в его разум, слилась с ним.

Она в одно мгновение увидела всю его жизнь, как будто бы сама её прожила и это её воспоминания.

И когда она его увидела изнутри и поняла, её сердце сдавило от жалости к нему. Бедное существо, сколько же ему пришлось вынести.

Волкарь смотрел на неё не мигая. Она поняла, что он тоже увидел её от и до. Наверняка не всё понял, но осознал её сущность, кто она такая, и теперь она была как бы частью его. А значит, он уже не мог её убить. Для него это было совершенно новое ощущение, которое он никогда раньше не испытывал и пока ещё не понял, что ему с этим делать.

Впрочем, с Ладой раньше тоже ничего подобного не случалось.

Она сейчас видела волкаря, как бедного, маленького и несчастного щенка, с которым жизнь была очень сурова. Начиная с самого раннего детства, он не видел ничего хорошего. Злые люди держали его в лаборатории и использовали для опытов. Всё что он оттуда помнил, это была постоянная боль.

Потом разрушение лаборатории, побег из повреждённой клетки.

Постоянный страх, голод, холод и одиночество. Да и потом, по мере взросления, лучше не становилось. Ему всё время приходилось выживать, потому что рядом всегда был кто-то, кто был сильнее его. Либо за счёт размера, либо за счёт количества. А он был ещё маленьким и всегда был один.

Этих размеров он достиг довольно не скоро. Он рос постоянно, но очень медленно и стал в состоянии постоять за себя только лет через сто от рождения. Сейчас ему было уже несколько сотен.

Он вырос и сам стал грозным и опасным зверем. Но одиночество осталось. Он был один в своём роде, так как являлся результатом генетических экспериментов. В природе просто не существовало таких же как он. А значит, не было шанса найти себе самку и завести потомство. Конечно, он об этом и не думал, не отдавал себе отчёта, но тоска намертво поселилась в его душе и никогда не отпускала.

А ещё его не отпускал голод. Такое большое тело было прокормить не так-то просто.