Вершина

Место, где был замок, оказалось выворочено и висело на честном слове. На косяке тоже был выломан кусок. Перемахнув через кресло, он бросился было внутрь, но потом резко остановился. Что-то внутри ему мешало. Он был всю свою жизнь законопослушным гражданином, и то, что он только что сделал, выбивалось из привычного алгоритма его действий. Так было делать нельзя. Он сломал дверь и проник в запертое помещение. То, что его похитили, и он был в бегах, как-то отошло на второй план. Это же совсем другое место, люди, которые здесь работают и отдыхают, скорее всего вообще не имеют никакого отношения к тому, что с ним произошло.

Тяжело вздохнув, он вернулся и поставил кресло на ножки. Одна из них оказалась сломана ударом о дверь, пришлось придвинуть кресло к стене, чтобы оно стояло ровно. Заметя ногой упавшие на пол щепки внутрь раздевалки, а он не ошибся, это была именно раздевалка, он осторожно попытался воткнуть на место выломанный кусок с замком, после чего аккуратно прикрыл дверь.

Конечно, шито белыми нитками, но лучше чем было и не производит впечатления погрома с первого взгляда.

Слегка успокоив этим свою совесть, он бросился бегом в помещение, где находился сам бассейн. Подбежав к нему, он упал на живот и окунул голову в воду по самые уши. Захлёбываясь начал глотать. Вода попала в нос, он закашлялся, вынырнул наружу, но тут же вновь нырнул и начал жадно заглатывать живительную влагу до тех пор, пока живот не начал возмущённо урчать и булькать.

Тогда он откатился на спину и, тяжело дыша, уставился в потолок.

Брожение в животе продолжилось, сначала там что-то опять забулькало, потом куда-то перетекло, и он выдал громкий и продолжительный пук с переливами.

Сергей сам этого не ожидал и резко приподнялся на локтях, оглядываясь по сторонам, но тут же откинулся обратно и приглушённо засмеялся, прижав руки к лицу.

– Боже, какой идиотизм! – сказал он вслух, – как меня может беспокоить, что кто-то услышал, что я испортил воздух?

Звук собственного голоса в пустоте бассейна его немного напряг.

Да, он только что ломал дверь и пил воду взахлёб. Но голос, звучащий в пустоте, вселял тревогу, несмотря на то, что этот голос был его собственный. Он затих и прислушался. Ему показалось, что он слышит чей-то крик вдалеке. Похоже, что женский. Он прислушался внимательнее, но, сколько не напрягался, больше не уловил ни одного звука. Только в животе продолжало что-то булькать и перетекать.