Особая работа

Их преступления на личном рассмотрении императора.

– Получается, я могу идти?

– Не сразу. Сначала мы поучаствуем в одном мероприятии. Потом наденем браслетик на руку, чтобы нечаянно не потерялся. Денежки, знаешь ли, любят счёт, и пока не рассчитаешься, или не выставят тебя на продажу, поносишь. Не советую портить, отсрочку сразу остановят.

– А что…

– Просто казнь, и ничего более. Той девки, что посмела тебе травмы нанести. Процедура долгая. Вот заодно и подождёшь своего поезда, здесь в тепле, – перебил меня следователь.

– Долго до него ещё?

– Четырнадцать часов. Упреждая, сразу скажу: два часа под медикаментозным сном, а не без сознания, – нам эксцессы с электричеством во время перевозки были не нужны. Да, мы за городом. К поезду машиной доставят.

– А почему казнь долгая? Из-за подготовки?

– Нет. Просто кол заточить да виновницу привести.

Её что, на кол садить будут?! От этой мысли с офигением уставился на следователя.

– Или предпочитаешь четвертование?

– Чего?!

– Казнь зависит от твоих предпочтений.

Но если последним способом, то будет быстрее, правда и кровью тут всё позабрызгаем. Так что поезда придётся дожидаться на вокзале.

– Я не в этом смысле! Когда её осудить успели, и почему от меня?

– Согласно Уложению «Об отношениях кругов и сословий, к ним не относящимся» от тысяча семьсот шестьдесят второго года, а также императорскому Указу от тысяча восемьсот девяносто третьего «Об уравнении полов», достаточно одного слова гражданина твоего круга против простолюдина.

А наблюдать будем в воспитательных целях, чтобы ты навсегда запомнил, к чему приводит твоё бездействие. Если бы ты её хорошенько током протряс, как меня, к примеру, то самое худшее, что ей грозило – это отрубание рук. А при наличии денег их всегда восстановить можно, а вот жизнь нет, – и так со значением заглянул мне в глаза.

– А она про это уложение знала?

– Естественно.

– А я нет.

Да и электричеством вспомнил, как управлять, как раз из-за неё. Это не может смягчить вину?

– Каким образом?

– Тогда её проблемы. А здесь кормить не будут?

– Да уж. Кровь действительно не водица… – проговорил следователь, как мне показалось, потрясённо меня разглядывая.

Глава 2

Тверь. Весна

– Захаров, так сколько яблок останется?

Да чтоб этой математичке! Чего она до меня упорно докапывается? Ну да, правильно отвечу.