Д-формер: Дуплекс

Итак, вне всяких сомнений, титул – самый высокий ранг среди нас семнадцатилеток принадлежит Ксении! Спустя ещё несколько секунд тишины, находившиеся здесь не выдержали и засвистели в восторге, а их глаза лучились завистью и неподдельным уважением. Естественно, из толпы на девушку в фиолетовом платье пристально и с некоторой завистью смотрела Любава. Что тут скажешь. Я бы тоже, наверное, так отреагировал. Рвёшь себе жилы, а сестрёнке именно это и приходилось делать, бух-ло так просто ей не давалось, а тут стоит себе такая вся из себя и бац…, непонятно даже когда это она вообще успела стать такой сильной.

Эх.

Глядя на результат, распорядитель, мужчина средних лет, стоявший до этого с дежурной улыбкой, взглянув на Ксюху, поздравил её. Попробовал бы он это не сделать, ему бы все наши родственники, не говоря уж про моего отца, пистонов бы вставили. М-да, вот она разница между тем, когда ты гений и когда ты становишься мусором, как я.

– Княжна Юрьева, уверен, через к восемнадцати годам вы накопите достаточно бух-ла, чтобы стать Десятником.

И если у вас всё получится, то к этому возрасту вы станете вторым человеком, достигшим уровня Десятник, даже если брать весь род Китяжских, хотя вы к ним и не принадлежите, – выжал он на одном дыхании.

Естественно не первым. Ведь им был падший гений, мой полный тёзка Светлояр Китяжский, ставший им в свои двенадцать лет. Да, его переплюнуть даже я не смог бы в бытность свою гением рода. Такая вот усмешка судьбы.

– Спасибо, – Ксюха слегка кивнула в ответ на его похвалу, а сама безмятежно улыбнулась чему-то своему, известному только ей.

После чего тихонько повернулась и, приковывая взгляды всех присутствующих, медленно пошла в мою сторону. Догадаться об этом не сложно, я оказался один, хоть и среди многолюдья, и сейчас это и сказалось. Сами понимаете, насколько неуютно вдруг оказаться под пристальным вниманием такой толпы, да ещё и столь ненавидящим. Давно не чувствовал себя настолько неуверенно и подавлено.

– Свет, – обратилась она ко мне.

Как же захотелось сматериться.

Именно так, словно к девушке, стали обращаться ко мне после "падения". В бытность гения сокращали как Ярый и никак иначе. Гадство! Хотя у неё есть уважительная причина, с нами она лишь те самые три года и никогда не слышала иного обращения. А теперь представьте, как мне обидно осознавать за какой непродолжительный срок она достигла таких высот. Думаю, и Любаве от этого тоже не очень хорошо! Ксюха же, встав передо мной, низко поклонилась.