Спаситель

 – Теперь быть немцем – значит, быть уязвимым ничтожеством в своем собственном доме, на земле наших предков! Насекомые, что управляют нами, превратили нашу великую родину в охотничьи угодья для этих крыс! А парни, которых ты презираешь, готовы драться и умереть за будущее нашего народа не где-то там, за тысячи миль от дома, на чужой войне, – указал он в сторону, – они бьются здесь, за свою землю, за своих детей, и им не стыдно посмотреть в глаза предкам!

Разговор принял форму доверительной беседы, и с каждым стаканом Швальдер все больше понимал и принимал компанию Убэ.

Он, шатаясь, побрел в сторону своего холостяцкого лежбища по утренним улицам. Буквально через сто метров он услышал женский крик. В темном переулке двое подростков пытались приставать к женщине. Она не была молода или красива и не была вызывающе одета. В ней не было ничего, что могло бы привлечь внимание малолетних дегенератов. Однако они решили надругаться над ней просто потому, что могли.

Один прижал ее к стене, хватая ее за талию и грудь. Второй снимал все на телефон, сопровождая съемку подробными комментариями о происходящем.

– Сейчас мы осчастливим эту неверную свинью! Эта толстая шлюха христианка и никогда не была с настоящим мужчиной! Среди них нет настоящих мужчин! – весело рассказывал сволочь с телефоном.

– Оставьте меня, у меня дети, пожалуйста! – кричала она, пытаясь шумом спугнуть нападавших.

Закрыв глаза, несчастная прикрывалась руками от стыда и страха.

– Твои дети – поганые собаки и рождены от собак! Ты должна рожать только от настоящих мужчин, поняла?! – крикнул ей в лицо тот, что пытался залезть под юбку.

– Эй, уроды! – спокойным, усталым голосом привлек их внимание Ганс.

Подростки, заметив его, решили, что перед ними жертва, более подходящая для веселья.

– Ты, пьяное животное, беги пока не поздно, мы предпочитаем женщин! – радостно выкрикнул тот, что снимал на телефон.

Отвесив сильный пинок даме ниже пояса, второй сопроводил ее грязными ругательствами и обещанием встречи и направился к Гансу.

– Ибрагим, наверное, он из тех собак, что ходят в этот поганый гадюшник, в котором они напиваются и трахают друг друга! – весело подхватил второй, показывая на бар, из которого только что вышел Швальдер.

После таких заявлений Ганс решил, что просто обязан защитить честь и спокойствие горожан.