Кому ты нужен

– Я её так не любила, что назло отморозила уши, – закончила мысль доктор Каплун, входя в палату.

Следом в палату зашла Тамара, закрыла дверь и встала за спиной Розы Наумовны, приготовившись записывать в блокнот назначения и распоряжения доктора.

– Уже лучше? – спросила доктор, и пациенты загалдели о том, что им тут хорошо, что наружу они точно не хотят и что их и здесь неплохо кормят.

– Кто старший? – спросила Роза Наумовна, прекрасно зная ответ; но ведь следование традициям – тоже лекарство.

– Я, – сказал Станислав Владимирович, потомственный москвич.

– Докладывайте-докладывайте, Станислав Владимирович, как вы тут?

– В целом хорошо, но есть одна просьба.

– За просьбу потом. Потери есть?

– Нет, все живы-здоровы.

– Разве Вы доктор? Давайте я сама буду решать, все ли живы и все ли здоровы.

– А, ну да. Здоровых нету, – согласился Станислав.

– Тю, можно я всё-таки буду решать, есть тут здоровые или нету?

– Я запутался, – признался Станислав.

– Смотрите, он запутался и не знает.

– Бесконечно звонит жене и жалуется на Вас, Роза Наумовна, – доложил Станислав.

– Правда? Прямо-таки жалуется?

– Да; говорит, что Вы его совсем не лечите и что он обязательно помрёт здесь, но никак не может определиться, от какой конкретно болезни. Сейчас ему кажется, что это будет что-то связанное с заражением крови.

– Таки где он собирается заразить всю свою кровь, ой вэй? – спросила Каплун у Станислава, хотя Леонтий присутствовал здесь же, внимательно слушал и местами согласно кивал.

– Он грешит на Тамару, – сказал Станислав и, устыдившись сказанного, опустил глаза. – А можно просьбу?

– Нет, но обещаю, что не выйду из палаты, пока Вы не заморочите мне всю голову своей просьбой, Станислав Владимирович.

Доктор Каплун, а следом за ней и Тамара сделали пару шагов к кровати, на которой сидел и немного подпрыгивал Леонтий.

– Леонтий Андреевич, – начала доктор Каплун.

– Андрианович, – поправил доктора Леонтий.

– Естественно, – легко согласилась доктор, – говорят, Вы на что-то жалуетесь?

– Нет, – тихо сказал Леонтий.

– Жалуется-жалуется, а когда жена ложит трубку – он звонит маме. Жалуется и на Вас, и на жену, – выдал товарища Станислав.

– Надо говорить «кладёт» трубку, – поправил товарища Леонтий.

– Снимайте пижамку, кладите туловище на кровать, – примирительным тоном сказала Роза Наумовна.