Кому ты нужен

К этому времени я, по моим расчётам, был уже недалеко от Приозёрска: километров, может, восемь, но не больше десяти. По-хорошему, за день дойти было вполне реально. Я надел сухую одежду, кое-как подсушил обувь. Штаны у меня запасные были, а вот куртка была насквозь промокшей и ледяной. Я сделал подобие куртки из спальника и палатки. Думаю, примерно так выглядел Робинзон Крузо в своих первых одеждах из козьих шкур. Облачился я, значит, во всё это, хлебнул рома и пошёл. Как потом выяснилось, шёл я два дня. Куда? Каким маршрутом? Не спрашивайте, не знаю.

Я даже не уверен, что всё это время шёл в этом мире. Были галлюцинации. Разговаривал со знакомыми, с женой. Позже жена сказала, что она в один момент почувствовала, что со мной что-то происходит, и даже чуть было не заволновалась обо мне, но мама её успокоила, сказав, что с такими, как я, никогда ничего плохого не происходит.

– Вот зараза, – в сердцах сказал Станислав как будто о чём-то своём.

– И вот наступил момент отчаяния. Понял я, что пришёл мой конец и надо мне прощаться с этим миром.

И обратился я к Богу и сказал, что хочу жить, – сказал Леонтий в каком-то религиозном экстазе.

В палате наступила тишина, которую никто не осмеливался прервать. .

– И Он сказал: «Тогда живи».

Первый не выдержал Марсель. Он громко рассмеялся, буквально прыснул смехом. Словно смех долго накапливался внутри него и рвался наружу, а когда, наконец, вырвался, то брызнул слезами, слюнями и, пардон, даже соплями. И сразу же после этого Марсель схватил подушку, уткнулся в неё и разрыдался.

Глядя на Марселя, а может, и по своей воле рассмеялся и Станислав. Каждый по-своему. Станислав с таким посылом, мол: «Позабавил, молодец! Ну ты и фантазер. Надо будет Розе Наумовне эту историю рассказать».

Леонтий смиренно ждал, когда все насмеются. Он ведь историю-то не закончил. Последним успокоился Марсель. Он лёг на кровать и отвернулся от остальных к окну.

– Продолжать? – спросил Леонтий.

– Продолжай, – сказал Станислав.

– Вы не верите, а я хорошо помню этот момент. Я попросил жить, и мне сказали: «Живи». А я не знаю, что было бы, если бы я не попросил. Думаю, эта кроватка была бы сегодня свободна. Не было бы меня с вами здесь, и не было бы меня нигде из тех мест, куда вы можете купить билет туда и обратно. Но не это разрешение было главным мистическим переживанием в тот момент. Я услышал «живи» – и в этот самый момент зажёгся фонарь. Электрический фонарь.