Мрак. Мир, построенный на лжи

Ты соавтор и ближайший помощник…

Марк сделал движение, словно собрался встать и уйти.

– Подожди, дослушай. Я понимаю, что ты чувствуешь и что хочешь сказать. Как, по-твоему, делается карьера в Корпорации? Думаешь, руководители пропускает наверх своих лучших и умных подчинённых? Зачем мне пускать тебя к акционерам? Чтобы потерять своё место? Дай мне десять минут, и я расскажу тебе, как устроена жизнь. Потом, если захочешь, можешь рассказать, как устроена химия.

Марк опустил голову и сжал кулаки.

– Сказать, как видят нашу Лабораторию акционеры?

– Скажите.

– Когда они о ней думают или говорят, то перед глазами у них три отчёта и моё лицо. Они знают, сколько проектов ведёт лаборатория, сколько на это расходуется средств, они знают, сколько наших продуктов продаётся и какую прибыль мы генерируем. Они знают фонд оплаты труда. Это всё. Про тебя, даже если ты гений, никто не знает. Твоего имени нигде нет. Руководитель отдела 303. Это строка в ведомости на зарплату.

– Понятно.

– Вот и хорошо.

Понимаешь, рано или поздно такой разговор приходится проводить с каждым начальником отдела. Как только вы начинаете думать, что представляете какую-то ценность. Но нет. Ценность тут представляю только я. И не потому, что я химик. А потому, что я могу организовать процесс, когда химики могут выполнять план по разработкам. Думаешь, корпорации нужно твоё мыло? Знаешь, что будет, если формула исчезнет?

– Что? – голос Марка дрогнул. Его охватывал гнев.

– Ничего. Ровным счётом ничего.

Если нам повезёт, то через 50 лет другой химик создаст нечто подобное. Но в общей картине это мало что будет значить. Корпорация сначала заработает чуть меньше, потом чуть больше. Понимаешь? Это для тебя важно, для меня. Для Корпорации – тьфу, и забыли. Точнее никогда не знали.

Артур Павлович откинулся в кресле, сделал глоток воды, посмотрел на стакан.

– Я предлагаю тебе лифт. Акционеры уже прилетели. Завтра-послезавтра я буду выступать с презентацией. Могу спешно вставить наше мыло в презентацию этого года и получить одобрение.

– Уже наше?

– Как ты не поймёшь: оно с самого начала не было твоим. Всё, что ты сделал в этих стенах, принадлежит Корпорации. Попробуй продать формулу – и тебя засудят так, что потеряешь и свободу, и профессию, и всё, что у тебя есть. А когда освободишься, то адвокаты Корпорации будет ходить вместе с тобой по собеседованиям и всем твоим возможным работодателям оставлять копию уголовного дела.