Мрак. Мир, построенный на лжи

– Привет, кто покупатель? – спросил хозяин авто.

– Я, – сказал Богдан.

– Привет, ты Богдан. А ты? – хозяин посмотрел на Алика.

– А я, соответственно, не Богдан. Видишь – Богдан, – Алик показал пальцем на Богдана. Потом показал пальцем на себя. – Не Богдан. Запомнил?

– Чё ты так начинаешь? – сказал хозяин.

– Ну начал ты. Где тебя манерам учили? Нормальный пацан как сделал бы: подошёл, представился, поздоровался, и мы смотрим машину. Понимаешь, сколько ошибок ты наделал с самого начала?

– Так, я не понял, ты будешь смотреть машину? – хозяин авто спросил Богдана, словно Алик не сказал ему ни слова.

– Да, показывай. Алик, не горячись, – примирительным голосом сказал Богдан.

Хозяин открыл машину, привычным движением открыл капот. Потом открыл все двери и багажник: «Смотри». Алик остался стоять там, где стоял при встрече с хозяином. Богдан осуждающе посмотрел на Алика: «Так-то ты помогаешь?»

– Фактически один хозяин. Сначала машина была у дяди моего, но он почти не ездил. Потом её забрал свояк.

«Ни слова правды», – понял Алик. Но Богдана это не интересовало. Его устраивало, что машина всё время была в «одних» руках. Такая ложь радует больше, чем скверная правда.

– Не бита, не крашена. Родная краска. Стекла родные. Лобовуха.

Ни слова правды.

– Так-то лобовуха менялась, – не сходя с места, сказал Алик.

– Ты оттуда рассмотрел? – дерзко ответил хозяин.

– Да, – спокойно ответил Алик.

– Алик, хорош тебе, подойди посмотри машину. Вроде нормально всё.

– Я на хозяина посмотрел. У него нельзя покупать. Он тебе ни слова правды о машине не сказал.

Хозяин психанул, захлопнул багажник и начал закрывать двери.

– Да подожди ты. Меня машина устраивает, – вдруг сказал Богдан, – скидочку сделаешь…

– Пусть твой знакомый идёт на свой район, и мы договоримся, – поставил условие хозяин.

Богдан посмотрел на Алика, извиняясь.

– Да делай что хочешь, – Алик махнул рукой и пошёл обратно.

Дважды он сегодня пострадал от того, что знает правду. И какой тогда прок в правде? Остался без жены и без друга. Ну, то есть как без друга – без приятеля. Всё равно, когда машина сломается, Богдан обвинит Алика: мол, чего не сказал, чего не настоял, видел же, что я был не в себе.

«Теперь надо достать десятку тонн баксов и отдать Михалычу.