Новичок-одиночка

Щелк, щелк!

Первый скорпион с пробитым панцирем стал в агонии извиваться на песке, жаля хвостом все вокруг себя. Второй же скорпион быстро припустил в мою сторону.

Щелк!

Арбалетный болт вошел в стык между панцирем и жвалами монстра, где и засел. Скорпион тут же забился в конвульсиях.

Третьего удалось убить, попав точно в левый глаз, который он прикрывал обрубком клешни. Видимо, не поделил территорию с каким-то монстром. Мне же это было на руку. От скорпионов тоже оставались серо-стальные шарики камней души монстра.

Позднее выяснится, что из этих камней можно выковать довольно крепкое оружие или пластины брони, так как они хорошо поддаются обработке, вот только таких шариков надо очень и очень много!

Горошины и обломки хитина я сложил после охоты, когда удостоверился, что больше под песком никто не прячется.

Через три часа я настрелял шестьдесят таких серо-стальных шариков.

Проблемы начались, когда я переступил какую-то невидимую черту, отделявшую относительно безопасную территорию, от логова крупного монстра.

На крупных камнях, расположенных неким отсекающим периметром, вспыхнули зеленым огнем древние руны и с каменного потолка на землю рухнул магический занавес, лишая меня какой-либо возможности убежать.

В страхе и ужасе я наблюдал за тем, как из песка выползал огромный песчаный змей. Его чешуя было землисто-серой, в цвет песка.

Я замер как кролик перед удавом. Рассчитывать на то, что он меня не заметит в этом тумане, не приходится. Змеи хорошо слышат, а монстры подземелий еще и видят тепловой след человека.

В горле пересохло, глядя на этого двадцатиметрового ужика-переростка, толщиной в половину моего туловища…

Внезапно из песка стали выкапываться скорпионы и набрасываться на извивающегося кольцами змея. Я не дышал, судорожно взводя единственное свое оружие, которым только можно было застрелиться. Я болты на кассеты с крепкими наконечниками. Но надежды на то, что они пробьют шкуру песчаной змеи, у меня не было!

Огромного скорпиона ростом примерно метр с шапкой змей просто раздавил своими кольцами.

Он не пытался их укусить, он обвивал скорпионов своим телом и перемалывал, словно в жерновах. В мою сторону отлетела задняя половина скорпиона с бьющимся в предсмертных судорогах хвостом. На плоский камень, на котором я замер, полился черный яд скорпиона.

Не знаю, на что рассчитывал, но я резко вынул кассету с болтами и окунул наконечники в быстро испаряющуюся лужицу яда скорпиона.