Студенческое проклятье Алого университета

Она провела ладонью по воздуху у «моего лица» и произнесла:

– Думаю, так будет куда удобнее. Ваш амулет пока только начал накапливать силу, но если не потратите на мелочи в ближайшем будущем, сможете вернуть свое тело.

– Откуда?

– Откуда? Кар-р?

Голос. Мой голос!

Тем временем Смерть заливалась смехом, глядя на мою растерянность.

– За что люблю смертных, так это за вашу наивность. Я удивилась, увидев «живого» – скелетообразная форма, присущая нежити и заключенная внутри душа человека. За голос не благодари, это мелочь, лучше расскажи, как до такой жизни дошел… Кто тут у нас? – В ее руках появился потемневший от времени свиток с горящими во тьме светло-голубыми строчками письма.

– Получил такое звание за окрас магической силы.

– Что ж, думаю мне уже пора, на вершине пирамиды началось жертвоприношение темным богам, нужно успеть забрать души, иначе небесная канцелярия будет снова оббивать пороги.

Смерть повторила процедуру преображения и, поправив капюшон, произнесла напоследок перед тем как исчезнуть:

– Твой амулет – это палка о двух концах, если он впитает в себя больше некротической энергии, чем черной или белой, не говоря уже об энергии магического спектра, то ты станешь всего лишь личем, бессмертным, отринутым тем и этим миром.

Я только на долю секунды отвел взгляд в сторону, а когда снова посмотрел туда, где находилась Смерть, то понял, что нахожусь на кладбище совсем один. Ну, если не считать Кар-Карыча.

Что ж, думаю, все-таки стоит пройтись до пирамиды.

Стоило мне пройти шагов двадцать, как на вершине пирамиды вспыхнуло алое пламя огромного костра, на фоне которого виднелись человеческие силуэты.

– Облети пирамиду, нужна хоть какая-то информация о ней.

– Кар!

Ворон спорхнул с моего плеча, после чего стал быстро набирать высоту, пока не скрылся в ночной темноте.

Пламя огромного костра, разожженного на самой вершине пирамиды, внезапно рвануло ввысь, в три раза превышая саму высоту пирамиды, и опало.

Кладбище стало оживать…

В каком смысле оживать? На месте каждой могилы стал раскручиваться из пустоты крохотный самум, вырастая до человеческого роста и разбрасывая во все стороны комья сухой земли. Из-под земли лезли ожившие мертвецы.

Над кладбищем поднималась самая настоящая песчаная буря.