Нульт

Реклама обещала, что такими нанодентовыми зубами можно перекусить стальную цепь, но Зиро, конечно, не пробовал. Нанодент стоил кучу денег, и на него стояла длинная очередь, как подозревал Зиро, из-за тайного заговора всех дантистов мира. Сделай его доступным, и все они останутся без работы. Зиро умылся и набрал воды в ванну из термочувствительного пластика, он менял цвет в зависимости от температуры воды. Зиро довел ванну до любимого мягко-розового оттенка. Залез внутрь. Включил гидромассажер; пузырьки воздуха приятно ласкали тело.

Зиро расслабился. Почесал челюсть. Снял с крючка в стене обрезанный секс-интерфейс из электроэластики. С виду это была такая эластичная розовая тряпица с застежками-липучками по краям, от нее уходил в стену пучок проводов. Зиро надел секс-интерфейс на член, нацепил агменты для ванных комнат, переключил Аи в режим гейши, и они по-быстрому, Зиро пропустил интро, трахнулись. Через полчаса он вышел из ванны, заметно подобрев. Аи смущенно улыбалась и отводила взгляд. На ее щеках тонкой штриховкой проступил легкий румянец.

– Ну, лягушачья лапка, ты же на меня не обиделась, а? – нежно сказал Зиро, вытирая полотенцем голову.

– Я не понимаю значения команды «обижаться», – ответила Аи.

– Вот и славно, – Зиро чмокнул экран.

Он подошел к окну и некоторое время соображал, по какому поводу улица украшена флажками, пока на все вопросы ему не ответила длинная растяжка из телекса, по которой бежали цветастые поздравления с Днем Победы.

Денек действительно обещал быть неплохим, лето в этом году настало в конце апреля, так тепло в начале мая давно не было. Скорее всего – никогда не было. Взгляд его задержался на табло соседнего мэйнфрейма, на нем высвечивалась его мощность в терафлопах. Соседи гудели – накручивали максимальную вычислительную мощность. На их счетчике набежало 323 тысячи с копейками.

Сильно, подумал Зиро. Пора зайти к Железному Феликсу. Между мэйнфреймами шло негласное соревнование, кто выжмет из своего дома больше.

Зиро жил в мэйнфрейме №25 на проспекте Ракетостроителей. Мэйнфреймы стали строить сразу по окончании российско-воркуйской войны, когда Информационный комитет первого созыва утвердил программу развития В8 «в новых условиях». В народе эту концепцию прозвали «цифровым колхозом». Мэйнфреймы решали одновременно вопросы жилья и работы, это были дома-суперкомпьютеры, состоящие из вычислительных узлов, одна квартира – один узел.