Кладбище условных единиц. Кредитная история в виде фарса

– Ну что, гражданин Жуков, похоже, мы приехали, – резюмировал гаишник, когда они свернули на улицу, где жил Иван. – Куда дальше?

– Спасибо, дальше во двор я сам, – Иван протянул гаишнику деньги.

– Ну, сам так сам, – согласился лейтенант. – Я услуг никому не навязываю, – он деловито пересчитал купюры и засунул их в карман форменных брюк. – И больше не пей за рулём. Я столько пьяных аварий видел, не дай Бог. Жизнь дороже денег! – с грустным оптимизмом изрёк философ от ГАИ, выходя из машины.

Душа болела страшно, но мозг Ивана, несмотря на остатки алкогольного опьянения, работал с математической точностью.

– Ах, ты сука! – кричала душа, обращаясь к отсутствующей Марии.

– Дура феминизированная! – наслаждался мозг. – Законный брак – это пережиток? А квартира-то зарегистрирована на меня – так что твои пережитки с пожитками отправятся восвояси!

В гневе Иван Васильевич был страшен. Он стал яростно выкидывать из шкафов одежду и обувь Марии, сметать с полок косметику, хватать любую вещь, принадлежащую бывшей… Какой бывшей?! Мы никогда и расписаны не были! Так жили вместе, работали, спали! Ах, скольких женщин я пропустил в жизни из-за этой шлюхи! Пожрать приготовить – и то не умела! Только и знала, что морду с жопой кремами мазать!

Сбросив имущество Марии в одну большую кучу, Иван стал грубо заталкивать его в дорожные сумки.

Собирайся и катись! Машину свою бери! Могу ещё домашний кинотеатр с холодильником подарить! Хотя зачем они тебе? С тремя-то миллионами?! Кстати, о миллионах…

Протрезвев и устав от энергичных действий, Иван плюхнулся на диван.

Завтра же докладную Гретхену! Хотя… Горячку пороть не стоит. Вряд ли зампред воспримет с должным вниманием то, что я принесу ему на своих рогах. А мои рога в свою очередь станут главной темой устных взаимоотчётов всех сотрудников банка. Оно мне надо? Мне надо сохранять спокойствие и делать вид, что ничего не произошло! С Крушевельской… Иван впервые в жизни мысленно назвал жену по фамилии… С Крушевельской мы и так никогда на работе не общались, так что никто ничего заметить не должен.

Всё всплывёт только через месяц, когда наступит срок первого платежа по кредиту. Платежа не будет, как, наверное… Ивану вдруг почувствовал что-то вроде жалости к несчастной продавщице супермаркета «Лэнгли». Скорее всего, её уже нет в живых. Схема известная: левого человека уговаривают получить кредит за долю малую, а потом убирают, оставляя и без денежной, и без жизненной доли.