Вкус

Сумрачная в утренней серости, не такая уж большая, как казалось по фоткам. Вход в столовую справа со стороны Луначарского. Ага. Там уже человек стоит. Работник кухни? Одежда как у Паши… Так это же Паша!

– Денис?!

– Пашка?!

Обнялись.

– Ты как тут оказался? – выдохнул Денис.

– Да вот, вчера позвонили вечером, «это ты можешь готовить всё?». Я говорю, да. Тогда, говорят, приходи в семь утра к столовой.

– А чего мне не позвонил?

– Голос пьяный. Я ещё подумал, протрезвеет и не вспомнит, что приглашал.

Думаю, схожу, точно узнаю. Если нет, чего звонить, мы ж и так должны встретиться.

– Круто.

– Что?

– Я всё так же думал.

– И тебе звонили?

– Ага.

– Пьяный?

– Да.

– Прикольно! А вдруг будем вместе работать?

– Было бы зашибись.

Подошла средних лет полная женщина в джинсовом костюмчике. Достала ключ, вставила в дверь.

– Вы кого-то ждете?

– Мы на работу! – ответил Павел. – Нас вчера приняли в БДУ.

Дверь распахнулась, женщина щелкнула выключателем, высветив лестницу вниз в полуподвал.

– На кухню? – спросила она.

– Так точно, – ответил Денис.

– Заходите. Олег Игоревич подойдет, скажет, что с вами делать. А пока подождёте в зале.

Небрежно вымытая бетонная лестница упёрлась в фанерную дверь подсобки. Налево – сумрачный коридор. В коридоре дверь влево – кабинет начальника, вправо – зал, прямо – хранилище продуктов.

Женщина включила свет в зале. Пять квадратных столиков. Каждый на четыре персоны. Скатерти, солонки, салфетки. Барная стойка.

И две двери. Одна широкая – на кухню, другая небольшая зеленая с надписью WC.

– Вот тут садитесь, – показала женщина и ушла.

Через пять минут, когда висящие на стене круглые часы выстроили стрелки на семь утра, в зал, оживлённо болтая, ввалились трое. Двое мужчин и девушка.

Нормальным человеком в троице была только девушка. Лет двадцать на вид. Длинные чёрные волосы. Чёрные веселые глаза. Розовая рубашка с широкими рукавами, чёрные джинсы и белые кроссовки.

Мужчины в фирменных чёрных костюмах БДУ и чёрных галстуках.

Один коренастый, крепкий, с большим носом и очень внимательными глазами. Плеснул в гостей холодным презрением. Второй совершенно лысый, отчего голова его напоминала вытянутое страусиное яйцо. Причем не было не только волос, но и бровей, и даже ресниц.

– Вы пожрать? – грозно спросил носатый.

– Мы на работу, – встал Денис. – Вчера на собеседовании нас приняли.

– Это хорошо! – неожиданно добродушно отозвался безбровый.