Вкус истины

 – Я только мечтать мог о чем-то подобном. Даже не так. Вы превзошли мою мечту.

– Ну что вы, – окончательно смутился Денис, – это же только омлет.

– Не надо скромничать, молодой человек. Я едал, знаете ли, в лучших ресторанах Вены, Рима и Парижа. И я имею понимание, что простая еда только кажется таковой. Вы молодец! Надолго к нам на кухню?

– Не знаю, пока не выгонят.

– Вас… Не выгонят. Я позабочусь.

И побежал к главному входу в фирму.

Павел сиял.

– Офигеть! Ты чего там в яичницу такое добавил?

– Ничего.

Просто запёк высокий омлет с корочкой. Слушай, а ты где так массаж научился делать?

Павел сосредоточился, что-то вспоминая. Потом лицо его расслабилось.

– Это мама! – сказал он. – Ну, моя приёмная. Она в начале девяностых занималась на каких-то курсах бесконтактных массажистов в нашем Дворце культуры железнодорожников, знаешь, возле вокзала, двухэтажное здание?

– Конечно.

– Вот. По системе Кандыбы. И по системе Джуны Давиташвили.

– Пацаны! – безбровый застыл в дверях.

 – Пойдём, надо заготовочки под салаты делать, а то скоро обед. Народ вот-вот повалит.

17. Такая петрушка

К часу дня все пять столов заняли. В основном жаждали горячего супчика и плова. Денис понял, сделал горохового супа и плова побольше. Пасту, ризотто, пельмени и прочее вареное тесто заказывали крайне редко, но заглянувшая на кухню Алёна успела дружески шепнуть:

– Паста понравилась. Мужик аж прибалдел!

Приятно слышать такое от красивой женщины, соображая, что паста-то понравилась клиенту, а вот сам факт – прелестной барменше.

Единственное неприятное недоразумение произошло с салатом. Особо привередливая дама из финотдела заявила, что он несвежий. И когда Владимир Николаевич пошел на разборку, вернулся с тарелкой и мрачным лицом.

– Ты укроп и петрушку мыл? – спросил он у Павла.

– Конечно.

– Горячей водой?

– Кипятком, чтобы микробов убить!

– Не надо так. А то я тебя самого убью. Зелень вянет от горячей воды.

– Но в гугле написано, что так делают французские повара, чтобы петрушка стала ароматнее! – Павел поднял над головой смартфон с открытой гугл-страничкой.

Владимир Николаевич резко выхватил мобилу, сунул себе в карман.

– После работы отдам. Уяснил, французский повар?

– Oui, bien s?r!

– Ну чёрт с тобой, бьен сюр, работай.

К трём часам ажиотаж поугас. И только старичок-кладовщик Василич в углу зала ковырялся в котлете по-киевски.

На кухню словно ураган ворвался Олег Игоревич.