Вепрь. Скоморох

Градимир хотел уже предложить выдвинуться в путь, когда в тишине, нарушаемой только веселым щебетом птиц, раздалось громкое урчание в животе скомороха. Ага, не боец, стало быть. Другой бы на его месте, может, и не столбенел, но уж о еде точно не думал бы, потому как боевой задор думы о пище отбивает напрочь. Чтобы о том помнить, нужно иметь особый склад, а этот тут же направился проверять сумы на предмет съестных припасов.

Глава 3

Смолины

Боярский род Смолиных издревле проживал в Звонграде.

Граду насчитывалась не одна сотня лет, и прозван так он был за малиновый звон колоколов на звонницах. Еще в стародавние времена, когда вера православная только-только пускала корни на славенских землях, именно здесь был возведен первый собор, а не в столице, где тому противились служители древних и отринутых ныне богов. За свою долгую историю град не раз переживал взлеты и падения. Были дни, когда он соперничал по богатству, количеству населения и силе дружины со стольным градом Брячиславлем, а случалось, что от его населения оставалось не больше сотни человек, ютящихся в землянках. Град был трижды сожжен дотла и вновь возрождался, словно легендарная птица, становясь еще краше. Неизменным оставалось только одно: и в радостях, и в горестях с жителями града был род Смолиных. Одна из войн унесла почти весь боярский род, уцелел только боярич-младенец. Больно кочевники осерчали и на Звонград, и на самих Смолиных, кои город стерегли. В ту осаду от жителей, считай, никого и не осталось, все Смолины на стенах крепостных смерть приняли, последним пал глава рода, Горислав. Не повезло витязю: лишенным сознания взяли в полон. Лютой казнью за стойкое сопротивление казнили, да только долг он свой исполнил до конца, сумел задержать орду и дал время великому князю собрать войско, дабы тот достойно встретил супостата. Младенца, последнего из рода, спасла няня. Спасла, а сама рассудок утратила, так как в господском тереме заживо сгорел ее единственный сын, другого Отец Небесный не дал. От того мальца род Смолиных вновь развился в крепкое древо, и снова судьба его была накрепко увязана со Звонградом.

Вот к этому роду и принадлежал Градимир, которого Виктору посчастливилось вырвать из рук разбойников. Видит бог, сам он об этом и не помышлял, но так уж сложилось. К удивлению Волкова, боярич оказался не кичлив. Он уже не первый год нес службу.