Собственность Норта

Мороженое… Лок… Тэя ощутила странное чувство внутри. Ей неожиданно очень-очень захотелось на Эйрис. Во рту даже появился вкус мороженого с шоколадом и сливками… И эта улыбка Лока с вечной сигарой во рту и одним прищуренным глазом… Морриган с ее прямотой и искренностью, с ее гостеприимством и изобилием на столе, с потрескивающим в полумраке огромного зала камином с настоящим огнем… Что-то заныло и зашлось внутри, и пришла простая мысль: «Я соскучилась». Вот каково это…

Тэя вышла из ванной, когда вода начала остывать.

Постояв еще под тугими струями душа, она завернулась в мягкий халат, который почти доходил до пола, и побрела в гостиную, где за накрытым столом ее ждала Дэйдре. Девушка водрузилась на стул и, выпростав руки из рукавов, принялась за еду.

– Не спеши, время есть, – улыбнулась молодая женщина, медленно цедя кофе.

– Не хочу тебя подвести, – Тэя покосилась на часы – надо столько сделать!

Одни волосы чего стоят… Как у Дэйдре хватает терпения на все эти укладки и заморочки?! Тэя смотрела на безупречно уложенные в сложную прическу рыжие волосы сандоррианки.

– И как ты это делаешь? – поразилась она.

Мягкая улыбка скользнула по тонкому лицу красавицы.

– Годы тренировок, – ответила она.

Тэя заметила, что Дэйдре уже готова – только платье надеть. Быстро запив все соком, девушка вверила себя в опытные руки сандоррианской красавицы. Маникюр потребовал больше времени, чем рассчитывали – с этими бесконечными замками и ящиками ногти обломались и расслоились.

– Ничего. Нет ничего непоправимого, – Дэйдре достала очередной «волшебный» ящичек, и вскоре все было приведено в порядок.

Затем волосы, макияж и платье. Ноги скользнули в изящные лодочки, перчатки выше локтя…

Дэйдре прищурившись, критично оглядела Тэю со всех сторон. Платье идеально село и полностью скрыло татуировку, о которой сандоррианка не сказала девушке ни слова. Если Тэя не помнит, а Норт ей не сказал, то кто Дэйдре такая, чтобы в это вмешиваться? На шее девушки красуется берилл невероятной красоты и ценности, остальные кристаллы Тэя положила в шелковую сумочку, которая затягивалась на шнурок и которую Дэйдре называла ридикюль.

– Я как принцесса, – прошептала Тэя, увидев себя в зеркале.

– Этого и добивались, – улыбнулась Дэйдре, и сама скользнула в изумрудный шелк платья.

На шее у нее был изумительный камень под цвет ее глаз.

– Что это? – спросила Тэя, не решаясь дотронуться до чужой вещи.