Собственность Норта

– Я тоже так говорил, когда он ругал меня, он тут же отвешивал мне подзатыльник, – сказал Трой.

– И мне досталось пару раз, – вздохнула Тэя и снова подняла руки, руки Троя тут же легли поверх ее, и они продолжили.

– Не только чувствуй, но и слушай – вставила деталь, довела, попала в пазик – щелчок… Вот, пазик, – он взял ее руку и помог найти нужный ориентир. – Пружина чуть звенит, услышала? Еще раз в тишине…

Тэя напрягла слух, закрыла глаза и услышала едва различимый звон.

– Да, услышала, – кивнула она.

– Запоминай все, как музыку, не услышишь нужный звук, значит, что-то пропустила, – обойма с зарядом вошла в рукоять, – и до щелчка, – рука Троя нажала на руку Тэи, и раздался сухой щелчок.

Тэя запоминала не только порядок сборки и звуки, она запомнила и силу давления – у Троя были очень чуткие руки, и он очень верно передавал силу, которую необходимо было прикладывать в тот или иной момент.

– Готово. Все запомнила? – спросил он.

Тэя кивнула.

– Хорошо, завтра будет чем заняться – вечером проверю.

Не переживай, эти дни обысков у тебя не будет. И помни – все делай в «слепой» зоне, – он встал и подошел к двери. – Днем объясню, как целиться. Но натренировать тебя не смогу, – покачал он головой. – Хорошо, отдыхай. Завтра достану остальное.

Он ушел, забрав с собой все, кроме бластера, и Тэя еще пару раз разобрала и собрала его. Потом, запрятав его под матрас в изголовье, легла спать. Тяжело было здесь без Ночного Стража, она не могла пробиться к нему сквозь глушилки.

Приходилось просто ждать, когда перегруженное мыслями, тревогами и страхами сознание отключится само.

* * *

Норт держался из последних сил, исцелять его было все сложнее и сложнее. Ситуация усугублялась тем, что у него не было прямой связи с внешним миром. Информацию мог передать только Сигурд, который работал не каждый день и между вопросом и ответом иногда проходили сутки. Одно было известно точно – его команда не может обнаружить Дуана Кормака вне пределов тюрьмы.

Калипсо терпеливо исцеляла его, даже что-то как будто ворча.

«Ты уже хорошо говоришь», – подумал Норт, морщась от нестерпимой боли – поврежденная почка восстанавливалась очень медленно.

Как любая дама, Калипсо обожала комплименты.

«Приходится, – отозвалась она в нем, – общаться с тобой образами сплошное мучение».

Норт невольно улыбнулся, хотя превращенное в кровавое месиво лицо тут же отреагировало болью.

«Тэя говорила так же, слово в слово», – подумал он.