Истории регрессолога

А-а-а-а, Господи, я так хочу им помочь! Из глаз брызнули слёзы.

Я успокаиваюсь. Это всё Его план. Благодарю Его за то, что он наделил меня состраданием. Я готов идти дальше. Пытаясь, по мере своих сил, стать Его инструментом. Я, конечно же, ещё совсем дилетант в этом, но желание быть исполнителем Его воли явно присутствует в моём сознании.

В тонком эфирном теле, полностью повторяющем моё грубое физическое тело (только без ужасных рубцов от кнута) я взлетаю ввысь. Точнее меня втягивает в восходящий поток.

Тут голос регрессолога спрашивает меня: "А ощущения в кистях рук и в щиколотках остались?"

– Остались, – отвечаю я. И в этот момент меня резко тянет вниз. В какой-то миг я оказываюсь в сыром подземелье, прикованный к стене за руки, за ноги, в распятой позе.

Это средневековая инквизиция. Здесь цель максимально усилить и продлить мучения. Кат настоящий садист. Его душа темна насквозь, он подпитывается чужими страданиями и пройдёт не один эон, прежде чем он сможет повернуться к свету.

Я не чувствую боли (Слава Богу), потому что это сеанс регрессии. Но тогда это было очень мучительно. Теряя, время от времени, от боли сознание я попадаю в светлый мир, где светящееся существо в белых одеждах гладит меня по голове, успокаивает и просит ещё немножко потерпеть.

Я полностью, безгранично доверяю этому ангелу. Я любуюсь им, целую ему руки, меня переполняет волна восторга и трепета. Его взгляд источает доброту и принятие.

Подземелье с палачом меркнет. На первый план выходит мир света. Я склоняюсь перед ангелом и прошу благословения. Я хочу служить его миссии. Хочу быть его помощником в миссии просветления человечества.

Он благословляет меня. Приходит понимание, что нужно искать соратников на Земле, чтобы эффективно действовать. Что я один малоэффективен, а вместе мы сможем многим помочь.

Я радостно смотрю на ангела, у меня возникает порыв обнять его. Он взглядом разрешает мне.

Потом я вижу в его глазах искорку веселья. У нас начинается танцевальный батл. От меня гопак и верхний брейк – я выиграл! От него идёт волна отцовской доброты, мне знакомо это чувство – я сам такое испытываю, когда позволяю сыну победить меня в борьбе.

P.S. В юношестве у меня был страх подвергнуться пыткам. Тогда я не мог рационально его себе объяснить, после сеанса он стал мне понятным.

3. КОРИДОР

Она зашлась в кашле.