Ксенотанское зерно

А то мы могли наткнуться на его хозяина».

Еще сегодня утром девушка считала, что она навсегда останется в доме постылого «мужа». Она думала, что ей повезло, ровно до того самого момента, когда после бракосочетания взяла новоиспеченного мужа за руку и, опустив ресницы, спросила, когда они взойдут на «ложе любви». Вот тут все воздушные замки рухнули и рассыпались с печальным звоном.

Ирма узнала, что муж – вовсе не муж и ни на какое «ложе любви» вступать не собирается, потому что молодые глупые и тощие девчонки его не привлекают.

Что она, Ирма, отныне всего лишь предмет. Залог хороших отношений «мужа» и отца. Ирма все поняла и в первую же ночь сбежала к отцу. Домой. Откуда назавтра приехала связанная, с горящими от пощечин щеками. Отец отказался ее защищать. Отныне она принадлежала мужу.

Принадлежала! Как будто Ирма – вещь! Как будто у нее нет своих чувств, планов, пожеланий…

На вторую ночь она сбежала опять. Уже не к отцу. В никуда. В неизвестность.

Ее поймали на следующий день – куда в городе может спрятаться наивная девушка, воспитанная в доме, не имеющая даже денег?

На всякий случай Ирму заперли в камеру домашней тюрьмы.

Здесь держали знатных заложников, поэтому комната очень походила на обычную спальню. Только с замками на дверях и решетками на окнах.

Ирма отчаянно трясла решетку. Нет, пока у нее есть надежда, она будет пытаться! Пусть не получается, пусть! Она будет пытаться! Рано или поздно она что-нибудь придумает!

Множество прочитанных рыцарских романов подсказали, что если невинная девушка заперта жестокосердным отцом или мужем в башне – камера, правда, была на первом этаже, – то когда-нибудь обязательно появится верный рыцарь, который спасет, утешит, полюбит и отвезет в свой прекрасный замок.

Ирма вздохнула. Все ее знакомые рыцари наперечет были старыми, покрытыми шрамами, а их замки – холодными старыми развалинами. Да и в книгах рыцарь появлялся после того, как девушка проведет взаперти полжизни.

Ирма вздрогнула. Полжизни! Это же… девять лет! Какой принц взглянет на пожилую двадцатисемилетнюю женщину?

Она отчаянно тряхнула решетку. Где-то в саду каркнул ворон, и как будто по сигналу стена хрустнула, и решетка вместе с камнями, в которые была вмурована, вывалилась наружу.

Девушка замерла. Неужели…

Свобода!

Ирма задумалась. Если она полезет в отверстие вперед головой, то ей придется лететь головой вниз.