Блуждающие в ночи

– Тут бывает много монахов-паломников. – Старушка поставила лейку на дорожку и выпрямилась. – О чем у вас шла речь?

– Мы ученые, собираем фольклор – всякие предания, сказания. – Ольга приветливо улыбнулась, но японка не отреагировала, сосредоточенно слушая. – Монах рассказал очень интересную историю, настоящий кайдан[6 - Кайдан – традиционный фольклорный жанр японской литературы.], о жестокой мести. Призрак покинутой любовницы убил жену и дочь одного мужчины.

– Как звали мужчину? – в голосе собеседницы появилось любопытство.

– Якусити Оура. Так вы нам поможете?

– Я, кажется, догадываюсь, о ком вы говорите. – Японка хитро посмотрела на иностранцев, и по ее узким лисьим губам скользнула злая усмешка. – Бедняга тронулся умом после гибели жены и дочери. Не советую вам его искать.

– Но почему?

– Потому что он еще никому не рассказывал свою историю дважды.

Резко оборвав разговор, старушка взяла лейку и засеменила по дорожке. Через несколько мгновений ее сгорбленная фигурка растворилась в наступивших сумерках…

Внезапно со стороны кладбища раздался волчий вой.

Тоскливый и угрюмый, он разносил по воздуху неизбывную печаль и пронзительный холод вечного одиночества.

– А все-таки, моя дорогая, загадочные они люди, эти японцы, – задумчиво произнес Кирилл и поежился. – Для меня их острова слишком обитаемы. Пожалуй, в гостинице я выпью немного водки.

…Поздний прохожий – домой поспеши. Зря ты плутаешь порою ночною.

Шорох услышал – замри, не дыши. Призрак стоит за твоею спиною.

ИРОНИЯ НЕБЕС

Вместо предисловия

Невероятный случай, послуживший поводом для создания настоящего рассказа, произошел недавно в одном из российских городов. Газетная заметка, в которой сообщалось об инциденте, оказалась очень короткой. Поэтому автору при реконструкции событий пришлось в значительной степени полагаться на собственное воображение. Как считали древние римляне, судьба есть цепь причин.

Вот простая история о двух судьбах, скованных одной цепью иронией небес и авторской фантазией.

За несколько часов до инцидента

По утрам он думал о Родине.

Патриотическая привычка просыпаться под звуки гимна по радио сохранилась с пионерского детства. Привил ее отец – партийно-советский работник среднего звена, как выражались в годы «развитого социализма». А еще на всю жизнь запомнил отцовскую фразу.