Блуждающие в ночи

Чего в них особенного? Ничем не лучше предыдущих – только языком балаболить умеют. Спортсмены хреновы, реформаторы недоделанные, купорос им в задницу. За что ни возьмутся – от медицины до пенсионной реформы – одна детская неожиданность получается.

Народ хиреет, а чиновники жиреют. Реформу правительства с какой помпой объявляли! Сократим, оптимизируем, повысим эффективность… Повысили в итоге – зарплату себе. Уборщиц сократили, референтов добавили. А кризис проср… Мудрецы, в рот им дышло! Развели лабрадоров…

Что за страна, ешкин кот? В такой войне победили, а для чего? За что ни беремся – рано или поздно сами себе полный Сталинград устраиваем.

Так разнервничался, что закурил. Одна польза от холостяцкой жизни – можно дымить хоть на кухне, хоть в комнате. Настя на балкон выгоняла. Почти бросил, было. А тут…

Всего минут пятнадцать посидел на стуле, а уже заныло в промежности. Аденома простаты чертова! Тут и вспомнил, куда деньги ушли – на лекарство. Как же он упустил? Врач привязался – купите обязательно, а то хуже будет.

Да еще рецептик выписал в конкретную аптеку – возьмите там, иначе я за последствия лечения не отвечаю. А за что они отвечают, эскулапы, хрен на лапу? Три месяца таблетки жрешь – толку никакого. Отчего так получается: пока не ходишь к этим «наследникам Гиппократа» – вроде здоровым себя чувствуешь; стоит разок на крючок угодить – кранты, кандидат в жмурики?

Настроение совсем упало. После обеда опять ведь к урологу тащиться, задницу растопыривать. А затем в ЖЭК (или как их там сейчас?), еще хуже – ох, не любил бывший майор просить.

А куда деваться? Квартира на верхнем пятом этаже, и уже второй год потолок протекает. Два раза заявление писал – хоть бы хны.

Встал со стула, размял ноги. Попью чайковского с хлебом, пузо согрею, все сытнее станет…

Леонид Маратович сглотнул слюну. На первое – борщ с пампушками, на второе – котлеты по-киевски с гречкой и зеленым горошком. За что ценил свою супругу – так это за кулинарные достоинства. Были времена, когда ценил и за другие, да миновали те времена.

Загудонов обожал (аж челюсть отваливалась) женщин с выступающей попкой. Этаких лошадок с упругим крупом. И у жены в молодости был станочек какой надо, да сплыл после рождения двух детей. Вернее, не сплыл, а расплылся.

Рассеянно осмотрел тылы супруги, разливавшей у плиты борщ. М-да, прошла любовь – завяли помидорчики. Приходилось изыскивать другие методы для удовлетворения эстетически-эротических потребностей.