Империя в огне

С одной стороны, это была чистой воды провокация, с другой – подлинная правда. Я действительно считал даму своего сердца прекрасней всех на свете, в том числе и средневековых мадонн.

– Послушайте, невоспитанный юноша, шли бы вы дальше гроб искать, – выдавил я из себя последние капли интеллигентности. – Компасом надо пользоваться, если дороги не знаете.

Менге был парень попроще и выразился гораздо конкретнее:

– А ну-ка забирайте свой железяки и полудохлых кляч, и чтобы через пару мер вашего рыцарского времени духу вашего здесь не было.

Но закон гостеприимства не позволил нам принять более действенные меры.

– Вам очень не повезло, достопочтенные милорды, ведь нас больше чем вдвое, – гордо произнёс рыцарь Анри. – По законам рыцарской чести вы должны сдаться на милость победителя.

– Ты просто не знаешь, насколько нам повезло, горшок ты для ночных нечистот, – менее элегантно выразился Менги. – Потому что придётся проколоть по нескольку из вас, а мы любим это занятие.

– Погодите! Мы ведь цивилизованные люди, – вмешался я.

– Я не стану биться с человеком подлого сословия, я дворянин, – заерепенился Анри.

– Вас устроит воин из личной охраны Великого хана? – поинтересовался я. – Кстати, кешиктен приравнивается к общевойсковому тысяцкому. В своей стране я был бы князем, – добавил я для пущей убедительности.

– Ну, только если это так, – с сомнением протянул рыцарь. – А кто вам повязал рыцарский меч?

– Сам хан и повязал.

– Вы хорошо знакомы с правилами рыцарских поединков? – продолжал тянуть резину Анри.

– Разумеется. Победивший получает имущество проигравшего, а проигравший – царствие небесное. По- моему, справедливее некуда, – развёл я руками. – Зачем неживому человеку имущество?

– Вот здорово! Никогда не видела рыцарских поединков, – раздался восторженный вскрик за моей спиной.

От неожиданности у меня из рук чуть не выпала сабля. Мне даже не надо было оборачиваться, чтобы убедиться, кому принадлежит этот визгливый голос.

Не обращая внимания на множество увешанных железяками мужчин, Тань Я, а это, естественно, была она, набросилась на милорда Анри де Пюсси:

– Вы и в правду рыцарь прекрасной дамы?

– Да, и этот сударь посмел усомниться в достоинствах моей прекрасной дамы.

– Вы его убьёте! Как здорово! – радостно захлопала девушка в ладоши.