Казна Империи

В следующий раз пускай кого покруче пришлёт.

Филя совсем по-детски шмыгнул носом и припустил в свой угол.

Наступал рассвет нового дня. Доживу ли я до следующего?

Глава 4. ПРИКОСНОВЕНИЕ К ТАЙНЕ

Так я встретил ещё три рассвета. Но, как ни пытался найти выход из создавшейся ситуации, ничего не получалось.

– У меня очень большие связи, молодой человек. Сруль Исаевич многое мог, – со слегка картавым еврейским акцентом вещал мне пожилой ростовщик.

А я в который раз подумал, что с таким сугубо еврейским именем очень сложно уживаться в обществе преступного элемента.

Ведь этот элемент ничего не смыслит в интернационализме. А лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» – это всего лишь набившая оскомину надпись над заголовком газеты «Правда». Куда как ближе и понятнее этим несознательным гражданам, оступившимся и вставшим на скользкий путь порока, был клич «Бей жидов, спасай Россию!».

Но Сруль Исаевич упорно не желал отзываться на новое имя Абрам.

– Я слишком люблю своих маму и папу, – говорил он после очередного инцидента.

 – Если они дали мне это имя, значит, на то были свои причины. В конце концов, не имя красит человека, а человек имя, – заканчивал он гордо.

– Оно конечно так, – с сомнением качал головой комэск, – но народ здесь слишком тёмный. Он понимает так, как слышит. Да и сложно такое имя чем-либо украсить. В русском языке слова имеют совсем другое значение, чем на иврите.

Но мне нравилось упорство этого наивного и порядочного человека. Правда, уже несколько раз пришлось выручать его из различных передряг.

Поэтому ко мне он относился с особой симпатией. Сейчас мы вместе с ним месили раствор и поднимали его на второй этаж будущего клуба-театра.

Заговорщицки склонившись к моему уху, он еле слышно прошептал:

–

Хочу дать вам адреса надёжных людей в разных городах. Если вы скажете, что имеете привет от Сруля Исаевича Заермана, то, будьте уверены, в этих домах вам всегда помогут.

–

А с чего вы взяли, что мне придётся обратиться за помощью?

–

Старый еврей долго живёт на этом свете и кое-что повидал.

Вы птица не нашего полёта, и зимовать здесь не станете. И чувствует моё бедное сердце, что вскоре вам непременно понадобится помощь особого рода.

– Например? – заинтересовался я.

– Чистые документы, казначейские знаки.

– Возможно, – уклончиво ответил я.

–

Эти люди могут всё, – авторитетно заявил злостный укрыватель драгоценных изделий.

Я промолчал, но от адресов не отказался.