НА РУСЬ!

– Как же они вас отпустили?

– Она, – всё также грустно произнесла девушка.

– Она? Ты говоришь загадками, – голос хана стал немного раздражённым.

– Дочь Алтынбека, мой хан, – встрепенулась принцесса и рассказала ему в лицах всё про встречу с булгарами.

– И они вас отпустили, – вновь покачал головой хан.

– А ты бы хотел, чтобы было иначе! – не выдержал я.

От неожиданности вздрогнула не только Тань Я, но и Батый.

– Это кто? – Посмотрел он на меня неприязненным взглядом.

– Она за тебя головой рисковала, а ты при ней сожалеешь, что её не убили. Скромнее надо быть! – выговорился я и умолк.

«Вот так всегда, – вздохнул я с сожалением. – Сначала меня куда-то несёт, а потом начинаются проблемы».

– Что же ты, принцесса, своему нукеру такую волю дала? – поигрывая рукоятью камчи, украшенной кусочками разноцветной кожи, скривил губы хан.

– Прости моего верного пса, о сын Неба. Его вина состоит лишь в том, что он слишком ревностно служит своей хозяйке.

Но ведь и твой дед, великий Чингисхан, ставил верность на одно из первых мест среди достоинств воина. – Принцесса почтительно прижала к левой груди правую руку и скромно добавила: – Ибо, как любой верный пёс, мой слуга не подпустит к своей хозяйке ни врага, ни друга.

– Хм! – усмехнулся Бату, решив свести всё к шутке. – Не очень-то он похож на глупого пса, тупо кидающегося на обидчиков своей хозяйки. Скорее всего, он похож на волкодава.

– Он – моя тень, – просто ответила девушка.

 – При нём мне никто не опасен. Когда надо он нем, словно рыба, а когда следует, он стремителен, словно спущенная с тетивы стрела.

Батый всё понял и небрежно взмахнул камчой. Направленные в мою грудь копья опустились наконечниками вниз. Но кажущееся благодушие было мнимым. Ребята из охраны Батыя своё дело знали. И стоило незадачливому охотнику за ханской головой сделать хоть одно неверное движение, как он оказался бы проткнутым десятком копий и стрел.

– И даже на меня? – брови повелителя слегка изогнулись.

– Прости его хан, – вместо ответа ещё ниже склонила голову Тань Я.

– Взять её! – последовала хлёсткая, словно пощёчина команда Батыя.

Но не успелиопустившиеся было наконечники копий телохранителей Батыя дёрнуться вверх, как половина из них была перерублена промчавшимся по кругу вихрем. Уцелевшая щетина копий была просто выбита из рук моих противников.