Меч равновесия. Книга вторая

«Вот хитрец, он всё знает», – мелькнуло у него в голове.

Но лицо Аспаруха оставалось непроницаемым, и капитан усомнился в своих подозрениях.

– Мой король ко мне всегда был добр. Он не раз спасал мне жизнь. У него я в неоплатном долгу. Если он скажет: «умри», Драгмир умрёт не раздумывая.

Павел невольно поморщился: «Чего этим женщинам надо? Теперь я постоянно буду вынужден испытывать перед Драгмиром неловкость. Уж лучше бы она ему отказала».

Когда воины досыпали курган. Сводный отряд направился к лагерю руссов.

Болгарский обоз они нагнали уже перед самым лагерем. По дороге Павел с Аспарухом решили заключить союз и дальше двигаться вместе. Аспарух предлагал идти во Фракию на берега реки Истр. Павел был не против. Уж очень ему хотелось с византийцами повоевать. Лавры Вещего Олега не давали покоя: «А что? Олег прибил свой щит к вратам Царьграда. Чем я хуже?».

Истиной же причиной его согласия было то, что он знал военную силу болгар. Не укрепиться им с такими силами на границе бывшей Римской империи.

Были ещё и другие причины, которые повлияли на его согласие с предложением Аспаруха. Главная: он ещё не понял своего предназначения. Зачем он появился в этом мире? Просто так ничего не бывает. В природе всё взаимосвязано. Поэтому и плыл пока по течению, совершая поступки и ошибки.

Единственное, о чём мы не рассказали, это про то, что, будучи на Таврике, Павел приказал своим мастерам- оружейникам изготовить копию сабли Македонского.

После чего, при соблюдении секретности, он отправил сотню надёжных воинов с частью драгоценностей и поддельной саблей на место обнаружения клада.

Вернувшись, воины доложили о выполнении указаний своего короля.

Павел рассуждал так: коль этот клинок второй раз в жизни, причём в разные эпохи, появляется у меня на пути, это неспроста. Это знак судьбы! Вероятно, круг каким-то образом замкнётся. И когда тот – «будущий Павел», в том – очень далёком двадцатом веке, точнее – в 1993 году, выйдет на задание, он добудет этот самый клинок. Что делать с настоящим клинком, он пока ещё не знал.

5

Дома их встречали всеобщим ликованием. «Вот я уже и называю этих людей своим домом», – отметил про себя Павел.

Тина старалась быть сдержанной, но не смогла доиграть роль до конца, и со слезами на глазах повисла у него на шее. Павел взял её на руки и, шепча на ушко ласковые слова, понёс к своему шатру. Телохранители неотступно следовали за ними. По дороге капитан обратился к идущему рядом с ним Груту.