Юность в стране застоя, или Повесть о первой любви

С этого момента он жил по законам любви.

Летняя ночь встретила их рассыпанными по небу звёздами. Переплетя пальцы, они, не сговариваясь, направились к реке. В звенящей стрекотом насекомых тишине надсадно зудели комары. Но даже они не решались в своей ненасытной жажде крови нарушить покой влюблённых. Эта ночь принадлежала им, и только неумолимое время ускорило свой и без того быстрый бег.

– А почему ты так задержался? – тихо спросила девушка. – Я слышала о твоей драке с Юрченкой, подумала, что ты испугался.

– Ну, вот ещё, – благодушно улыбнулся Сергей, ему совсем нисколечки не было обидно, что она могла так о нём подумать. – Покос. Я совсем забыл, что на выходные мы собирались с отцом на покос.

– Передумали?

– Что передумали? – встрепенулся Сергей, глядя на сереющий Восток. До него стало доходить, что пора бежать обратно.

– Ну, ты ведь здесь, – боднула его головой в плечо девушка.

– Уже нет, – рассеяно ответил он. – Надо бежать обратно.

– Ты что удрал с покоса?

– Да вот, пока отец спит я решил прийти к тебе, – Серёжка ласково прижался губами к её ресницам.

 – Ведь я дал слово.

– И далеко ваш покос? – в голосе девушки послышалось разочарование. Расставаться не хотелось.

– Да нет, километров десять, – легко ответил Серёжка, и виновато попросил. – Пойдём, я тебя провожу, мне действительно пора.

– И ради меня ты бежал сюда десять километров, и сейчас побежишь обратно? – девушка совсем по-новому взглянула на нескладную фигуру долговязого парня.

Женским своим чутьём она поняла, что рядом с ней виновато хлопает девчоночьими ресницами человек, который ради неё не задумываясь пойдёт на смерть. И от этого понимания ей стало до того хорошо и спокойно, что на глаза навернулись слёзы.

– Беги, – произнесла она прерывающимся голосом. – Вон тёткина калитка, небось не украдут.

Стоя у калитки, Ирина провожала взглядом удаляющуюся спину бывшего одноклассника. Надо же как просто и незатейливо жизнь вновь соединит их судьбы.

«А ведь ему ещё целый день косить, – думала она с теплотой. – Глупенький ты мой Серёжка!».

– Не спеши, родной! – дорогу Серёжке перекрыли три покачивающиеся фигуры. – Мы устали ждать пока ты намилуешься со своей лярвой.

– Могли бы и не ждать, – закипая холодной яростью, с трудом протолкнул сквозь горло Сергей. – Здоровее бы были! И, не дожидаясь, когда ярость полностью поглотит разум, ринулся вперёд.