Юность в стране застоя, или Повесть о первой любви

Но не об этом думал Серёжка, спускаясь во двор по скрипучим ступенькам крыльца. Если честно, то он ещё ни разу в жизни не целовался так, чтобы падало сердце, и захватывало дух. А вот драться ему приходилось, и довольно-таки часто. Опять-таки виной тому тот самый ГУЛАГ. Только сила и умение постоять за себя определяло место в обществе, там, где пришлось ему появиться на свет и жить. А у детей это проявлялось в особо жестоких и извращённых формах. Сейчас он боролся с противоречивыми чувствами, затеявшими в его душе несвоевременный спор.

– Плюнь на всё, и беги, – трусливо нашёптывал ему какой-то подленький голосок, неизвестно откуда пролезший в душу. – Юрча тебя не пожалеет.

– Не смей! – вскинулся внутренний голос. – Завтра ты станешь посмешищем всего посёлка. Как ты будешь ходить по улицам – огородами?

– Люди поговорят, и со временем забудут, зато если сбежишь, то не испытаешь боли, а может быть даже чего и похуже. Ты же знаешь Юрчу, он ведь идиот, и не остановится, пока тебя не покалечит. И никто ведь не заступится потому, что драться будете один на один.

– Лучше один раз перетерпеть, – не соглашался с подстрекателем внутренний голос. – Иначе ты уже никогда не сможешь смело смотреть в глаза опасностям.

– Да пошли вы! – вполголоса выругался Серёжка, и развернулся лицом к врагу.

«Если не хочешь валяться на земле, бей первым!», – всплыли откуда-то из прошлой жизни слова старшего брата Алика. Тот знал толк в подобных делах потому, что дрался всегда и везде, и дело это любил.

– Ну, чё, Серый, коленки трясутся? – Настраивая себя на боевой лад, ухмыльнулся Юрча.

– Ха! – не стал дожидаться окончание монолога Сергей и, сделав шаг вперёд, выкинул перед собой правую руку: он сделал выбор, определяющий всю его дальнейшую жизнь.

«В удар надо вкладывать вес корпуса, и силу плеча», – вновь вспомнились слова брата, и:

– Хрясь! – Неожиданно звонко слились в один звук удар и клацанье челюсти противника.

Профессионалы бы назвали такой удар «прямой в подбородок».

– Бум! – в наступившей тишине глухой звук падения поверженного врага слышали все.

Но никто не сдвинулся с места. Все ждали, что же скажет хозяин распростёртого на земле тела. Но тот молчал.

– Он чё, убил его что ли? – раздался первый неуверенный голос.

– Пойдём! – дёрнул Сергея за рукав Мещеряк.