Золото острова Аскольд

– Господа офицеры! – обратился к подчинённым командир полка. – В Китае восстание ихэтуаней (Боксёрское). Нашему полку оказана честь отстоять интересы Российской империи за её границами. На подавление мятежа назначены четыре эскадрона.

«А всё-таки не зря всё происходит в этом мире», – подумал Алексей засыпая. – И дуэль та глупая вела меня к некой высшей цели, нежели служба в гвардии.

В анатомическом театре Морского госпиталя стоял полумрак и тишина. Специфический запах заведения наводил на грустные мысли о тщетности земного бытия.

А вышедший из боковушки прозектор был тем судьёй, который своим остро заточенным хирургическим ножом подводил черту под этой самой тщетностью.

– Доброе утро, господин ротмистр, – поприветствовал он молодого офицера. – Что-то давненько вас не было.

– Случай не представлялся Порфирий Семёнович, – пожал плечами Алексей.

– А нынче, следует полагать, представился?

– Выходит, что так, господин доктор, – согласился Алексей и, полагая что обмен любезностями окончен, спросил: – К вам с Амурского залива доставлен труп неизвестного.

Вы его анатомировали?

– Как же-с, как же-с, – оживился прозектор. – Вчера закончил. Значит, вы станете дело вести?

– Поручено мне.

– Интересный случай, господин ротмистр, не изволите ко мне в апартаменты, так сказать?

Кублинский неожиданно обрадовался предложению прозектора. Так уж нехорошо на него подействовала гнетущая атмосфера холодного помещения.

– Чайку-с? – гостеприимно поинтересовался радушный хозяин.

 – Или, может, чего покрепче?

– Спасибо за любезность, но я сыт, – отказался Алексей, внутренне передёргиваясь от мысли, что можно спокойно пить чай рядом с останками когда-то живых людей. Хотя на передовой пришлось насмотреться и не такого. Но там была война, а на войне отношение к смерти совсем иное.

– Ну что же, извольте, отчёт по погибшему, – почувствовав его неприязнь, посмурнел доктор. – Смерть наступила ночью от остановки сердца в результате пережитых волнений.

– А петля?

– Сердце не выдержало пыток, – покачал прозектор головой.

 – А петля, это для верности. Перед смертью бедняга хорошенько покушал. Кушал он деликатесы, из приличной ресторации. Было это накануне вечером, пища не успела перевариться.

– Как вы так…? – покачал головой ротмистр. – Прямо кладезь информации.

– Оно и понятно, – не обратил внимания на лесть анатом. – Господин Вишняк был человеком небедным и мог позволить себе заглянуть в неплохой ресторан.