Золото острова Аскольд

Жаркое майское солнце и амурский ветер дубили коричневой краской бородатые лица ватажников.

– Домой! – загребая тяжёлыми вёслами, думал каждый из сидящих в дощаниках.

– Так и сгинул твой Алёшка в тайге тутошной, – пытливо взглянул на есаула Хабаров. – Жаль, славный был казак.

– Когда в следующий раз на Амур-реку пойдёшь? – вместо ответа спросил Андрейка.

– Пошто спрашаешь?

– С тобой пойду.

– Бог даст, сходим ещё, – ответил атаман, вдыхая полной грудью долетающие со стороны берега запахи весеннего разнотравья.

Не ведал ещё Хабаров Ерофей Павлович, что не увидит он более суровой таёжной реки. В кандалах увезут его из Якутска на Москву. Не ведал и Андрейка Иванов, есаул на службе государевой, что не увидит он сына своего Алёшку и внука Андрейку, народившегося от шалой любви тунгусской девки и молодого казака.

– Не жалеешь, что не с ними? – прижимаясь к сильному плечу, прошептала девушка. – Ведь там твоя родина.

– Ты моё отечество, – ласково прикоснулся губами к девичьему виску Алёшка.

 – Земля везде одинаковая. И горя и радости на ней вдосталь насыпано. А человек должон там жить, где его корень на веки вечные укрепиться. И радости должно быть в жизни больше, чем горя. А без тебя и дитя нашего только горе на остаток всех моих дней уготовано.

И продлилась жизнь в замершем на века уголке таёжного края, притоком новой и сильной духом крови. Затаилась она на несколько веков под тёмными лапами вековых кедров да колючих лиственниц. И пошёл новый род христианский в далёкой дали от земли Русской.

Глава 6.

Февраль 1908 года

Резкий хлопок, который донёсся с улицы, испортил аппетит Алексея напрочь.

«Самозарядный армейский револьвер системы «Наган», – где-то на уровне подсознания сработало понимание человека, всю свою сознательную жизнь имевшего дело с оружием, и появилась вторая, не менее своевременная мысль. – Определённо госпожа Эммануэль имеет способность притягивать несчастья».

И он оказался прав, потому что вслед за первым выстрелом за окнами «Версаля» разыгрывалась нешуточная баталия.

Хлёсткие хлопки пистолетных выстрелов переплелись с переливчатыми свистками дворников.

Ротмистр не стал ждать, когда появится полиция. Он вынул из потаённого кармана, подшитого к подкладке сюртука, браунинг.

– Алексей Владимирович! – прошептала побледневшая женщина. – Не оставляйте меня одну, мне страшно.

– Сударыня, спрячьтесь за столом, – ротмистр опрокинул стол и подтолкнул женщину за массивную столешницу.