Игра знамёнами. Часть вторая: «Крамола небесная»

И, так, между делом, поинтересовался у одного из зрителей – ради какого интереса так стараются эти отроки. А тот и ответил, что у них в роду – очень мало жён. Каждая из них, якобы, имеет по несколько мужей, но всё равно рожают почти исключительно мальчиков. Поэтому по обычаю в племени оставляют только самых сильных и ловких. Для чего и проводят такие вот состязания. Их победитель становиться младшим мужем у одной из большух. А остальные отправляются в изгнание. Ну, или остаются, если соглашаются на оскопление.

Подивившись тогда дикости людских обычаев, княжич поехал вместе со своим отрядом дальше.

Спустя же небольшое время и вовсе забыл об этом происшествии. А теперь вот, вспомнил.

– Ты это – переведи им! – княжич повернулся к Бажену – В трёх поприщах отсюда по той дороге – он махнул рукой в нужном направлении – Тоже род живёт. Как они. Тоже угра, вроде. И там – почти только одни мужи! Жён мало очень! Им бы с ними это… объединиться. Глядишь – и голодать тогда перестанут! И вырождаться тоже!

Толмач внимательно выслушал Олега, и, хотя в его глазах зажглась искра сомнения, он послушно повернулся к помосту и… принялся издавать точно такие же птичьи звуки.

Надо же – клекочет что твой сизарь! И как только человеческое горло может воспроизвести подобное?! Ну ладно там – подражать крику какой-нибудь птицы. Но построить на этом целый язык?!

Однако не успел Бажен докурлыкать всё до конца, как его воркование прервал гневный щебет одновременно всех одетых угринок. А потом и не одетых. Причём по их ощерившимся лицам и обнажившимся острым зубкам было видно, что за предложения, которые им озвучил Бажен, они готовы были прямо сейчас на месте изорвать его в куски.

Толмач тут же замолчал, примирительно поднял руки над головой и отступил за спину Олегу.

– Как я и думал княжич! – сказал он – На такое они не пойдут. Они же только себя людьми считают. Потому что древние обычаи блюдут. А всех остальных – непонятно кем. И девок своих Мутиле отдают – всё равно, что на смерть. Даже вон бабы их – он мотнул головой в сторону «одетых» жён – Потом специальное очищение проходят, потому что с «нечистыми» общаются.

С нами то есть. А паче всех они своих бывших соплеменников ненавидят. Тех, про которых ты рассказал. Если мы для них – не люди, то те – вообще – мерзее самых мерзких тварей. Что-то вроде подменышей. И они скорее все от голода умрут, чем будут с ними дело иметь!

– А как же те, кого Шишко твой не выберет? – спросил подъехавший к княжичу Огура.