Игра знамёнами. Часть вторая: «Крамола небесная»

Неприятный дискант принадлежал тощему старикашке, чья морщинистая голова, покрытая редкими седыми патлами, торчала из узкого окна крохотной клетушки, притулившейся сразу за воротами. Видимо это был местный мытарь.

И здороваться здесь, наверное, не было принято.

Ну, вот и первое испытание.

– Волченя меня кличут! Травник я! А откуда… – он помялся – Да можно сказать, что ниоткуда… Из леса.

Старик в окошке насторожился.

– Как это неоткуда?! А роду-племени какого?! Без роду и без племени одни бойники ходют! Да изгои ещё! Ты из них что ли? Это погост боярина Глузда! Нам здесь такие не нужны!

Ого! Самого Глузда!

А вот теперь нужно было быть крайне осторожным.

Этот мытарь, конечно, ляпнул первое, что ему пришло в голову, но попал не пальцем в небо, а как заправский лучник – точно белке в глаз.

– Да нет, ты что, отец! Я не из таких! – поспешил опровергнуть его домыслы Волченя – Родом из вятичей… Отец из вятичей! – тут же поправился он. – А мать из кривичей. Ни те, ни те принять не захотели.

Вот они в лес от них и ушли. Там я и родился. А потом померли в один год от поветрия морового. Я один остался… Вот, травничаю.

Он потряс палкой с привязанной к ней котомкой.

Да – если хочешь кого-нибудь обмануть, нужно говорить как можно больше правды! Тогда не так заметна будет вплетённая в неё ложь.

Недоверия на лице старика стало поменьше. Правда, ненамного.

– А травы разбирать где выучился?

Вот въедливый! Точно клещ лесной.

– Дык от матери! Знахарка она была… И меня всему обучила.

Поверил? По этим холодным глазам-колючкам ничего толком не разберёшь.

Обычно такие знания передают от матери к дочери. К сыну же они попадают только в исключительных случаях.

– А идёшь-то ты куда, мил-человек! Дело пытаешь, аль от дела лытаешь?

– Так это… – путник развёл руками в стороны – Особо никуда не иду! Посмотреть, может, где товар мой сгодиться! Не глянется никому, так дальше пойду тропы мять! Муж я смирный, не буйный – никакой неправды чинить не собираюсь!

Подумав немного, старик махнул рукой.

Иди уж, мол.

Никакого мыта у него он не потребовал.

Видимо, его полагалось платить только с повозок. Ну, или с лошадей.

– Послушай, отец… – вдруг спросил Волченя. – А что, сам боярин Глузд – здесь нынче?

Тот смерил его скептическим взглядом. В котором явственно читалась что-то вроде – «а ты на диво глуп, паря!»

Ну да – можно было самому догадаться. Был бы здесь боярин – над домом тиуна наверняка реял бы его стяг.