Игра знамёнами. Часть вторая: «Крамола небесная»

– Я соглашусь! – наконец отозвался предводитель преследователей – Если ты поклянёшься своими богами, что не будешь стрелять в меня, когда я выйду на косу, и не попытаешься сбежать, когда мои люди отойдут! И тогда мы сойдёмся с тобой на том оружии, которое пожелаешь! Кроме лука!

Всё-таки клюнул?

Или заманивает?

– Какими богами мне надо поклясться?!

– Клянись Древой, Скревой и Полевой! – немедленно отозвался Лутоня. – И Макошью ещё!

Ты смотри-и – разбирается! Вятич, призвавший в свидетели этих трёх богинь, прядущих нити жизни всех людей на свете, мог нарушить данное слово только ценой лишения себя всякого посмертия.

С Макошью же – создательницей всего сущего, и так всё было ясно. Обманувший её рисковал тут же расточиться слизью.

Вот только витязь упустил из вида одно важное обстоятельство. Загнанный ими в угол человек вятичем не был. Уже почти полгода как. После похода на то самое капище, со священным бел-горюч камнем.

– Хорошо! – отозвался он – Я поклянусь!

По-прежнему стараясь не оставаться долго на одном месте, Волченя отчётливо прокричал слова обета.

– А теперь ты клянись, Лутоня! – гаркнул беглец – Перуном своим, Волосом и Свентовитом! Что твои люди отойдут с этой косы, и не будут помогать тебе в бою! И дадут мне с миром отсюда уйти, если победа останется за мной!

Помедлив немного, витязь в свою очередь призвал в свидетели названых богов. Нарочно подобранных так, чтобы воевода не смог найти ни одной лазейки. Перуна он должен был чтить как вой, Волоса – как кривич, а Свентовита – как представитель власти и правды.

– Я выбираю секиру! – крикнул Волченя, дождавшись пока тот договорит. – Только у меня её нет!

Это оружие он назвал не случайно. Волк прекрасно помнил, как Лутоня орудовал им в последней сече, когда они сошлись лицом к лицу. Наверняка тот считал себя мастаком в игре боевыми топорами. И это будет лишним аргументом для него – соблюсти только что данную клятву.

– Согласен! – поспешно выкрикнул витязь. – Бросай лук и выходи на косу! Я дам тебе секиру!

Ага! Значит, выстрел попал в цель.

– Э-э-э, нет! – отозвался беглец – Сначала выходи ты с секирами! Это будет для меня гарантией того, что твои люди уйдут из ивняка!

Над рощицей снова воскняжило молчание.

Которое, спустя малое время, нарушил скрип сапог по гальке.

Вышел.

Здоровый что твой бер. Морда-атый.

Глаза пустые, как и положено у воя. И по лицу ничего не прочитаешь. В каждой руке – по боевому топору на длинной рукояти.