Возвращаясь к жизни? Том 1

– Ну, мужик, – я протянул ему руку раскрытой ладонью вверх, – будем дружить.

Он посмотрел на руку и спросил:

– И что я должен сделать.

Я посмотрел на его конечности, он спокойно мог отхватить мне руку, если пожмет.

– Ну, раз не можешь пожать, то пощекочи ладошку.

Богомол вдруг странно заперхал и задергал конечностями. Я немного струхнул и сделал шаг назад, вдруг сейчас голову оторвет. Его верхние конечности с устрашающими когтями резко задергались. Но через минуту я понял, он смеялся.

– Давай свою руку, пощекочу.

Я опять протянул руку, и он поскреб мне ладонь когтем. Мне стало щекотно, и я улыбнулся.

– Я так понимаю, ты вообще тут плесенью немного зарос, никто не приходит и все свободно.

– И грустно, и одиноко.

– Ща будет весело, музыкант, настраивай шарманку, а я пошел за танцорами. Сейчас засранцев своих притащу, весь взвод.

Развернувшись, сорвался на бег. Тело часовщика вспомнило привычные движения. Я немного потерял ориентацию и остановился.

Ага, выход вот он и рванул.

*******

Войдя в кубрик, был поражен переменам. Все сияло неземной чистотой, койки были заправлены, возле двери стояла корявая тумбочка, сваренная из кусков пластика, на ней лежала повязка ядовито-красного цвета. Пол перед койками был аккуратно расчерчен на толстые и тонкие квадратики в каждом был прописан номер и нарисовано место для ног. Все гаврики сидели в рядочек на табуретках, заправленные и умытые, с крупными номерами на груди, того же цвета что и краска на полу.

В воздухе приятно пахло растворителем. Все смотрели на меня с интересом и боязливо.

– Чего сидим, как девочки на танцульках? Один-пять, не слышу доклада.

Один-пять вскочил, засуетился и подбежал ко мне. Я развернул его к дверям и сказал:

– Сейчас ты выйдешь, войдешь, сделаешь два шага и остановишься, что бы не происходило, а я исполню твою роль. Понял? Кивни. – Он кивнул, и я подтолкнул его к выходу – Давай.

Один-пять вышел в дверь, а я спокойно сел на его место.

Через секунд десять он вошел, я вскочил и крикнул «Смирно, офицер на палубе» и рванул ему на встречу. За пять шагов я перешел почти на строевой шаг, на сколько это было возможно в теле часовщика, и, сделав еще два шага, остановился отдав честь, отрапортовал.

– Товарищ унтер-офицер, ваши приказания выполнены. – И после паузы. – Понял?

– Так точно.

– Теперь я выйду, и ты все повтори.