Игра знамёнами. Часть первая: «Крамола земная»

Свяжешь варягов боем на час. Они на подходе. Потом замани их к этой излучине. Здесь оттянешь на себя всю кметь и уведёшь вниз по течению. Дальше мы сами.

– Понял, отец.

Волх дал команду одному из своих воев. Тот поднёс ко рту сигнальный рог и протрубил в него короткий и резкий призыв. К княжичу тотчас подъехали оба его сотника и с полдюжины полусотников. Он отдал несколько коротких приказов, которые те тут же умчались исполнять.

Отрок подвёл княжичу боевого жеребца караковой масти, взамен взмыленного серого в яблоках.

Княжич поменял коней, просто перепрыгнув из седла в седло. Другой отрок принял у него мятель и помог облачиться в кольчугу. Чёрные кудри скрылись под сарматским шеломом с полумаской и бармицей. Повесив на плечо небольшой круглый щит с железной кромкой и умбоном по центру, Волх отсалютовал отцу мечом и был таков.

Князь принялся раздавать распоряжения. Оглашать их по войску помчались несколько гонцов. По сигналу рога вои большого полка, как раз достигшие места, где остановился их предводитель, прекратили движение и начали несуетливо готовиться к бою.

Не переставая при этом хохмить и хвастать.

Подъехал и набольший воевода. Князь в нескольких словах изложил ему свой план предстоящего боя. Военег потеребил отвислый сивый ус и скептически хмыкнул.

– Обозников и охочих вперёд, говоришь? Варяги же их сметут. Не успеем и оглянутся.

– Смести то сметут, но на санях задержатся. И с коней слезут. А тут ты и ударишь. Из той лощины – князь махнул рукой в сторону обширной промоины, притулившейся между отрогами двух холмов.

Её узкая горловина вся поросла черёхой и была почти не заметна со стороны реки – князь разглядел её сверху, когда ездил на холм «говорить с богами».

Внимательно оглядев два крутых холма, плотно стиснувших речное русло, которое в этом месте сужалось до нескольких саженей, боярин ещё раз дёрнул себя за ус и снова не согласился.

– Без поддержки долго не задержат. Надо им в помощь воев поставить.

Сотню, не меньше.

Теперь князь задумался. Правда, ненадолго.

– Сотню много. Три десятка. И я сам с ними встану.

Боярин от удивления едва не оторвал себе ус.

– Твой отец никогда бы так не поступил!

– Я – не мой отец! – вспылил князь.

Боярин не испугался, но и спорить больше не стал.

– Добро. Будь по-твоему. Только теперь ты этого убеди.

Он кивнул в сторону подбегавшего к ним на снегоступах предводителя кудеверских охотников.