Животный голод

Как будто ей это нравилось, но это тоже не совсем то. Он снова закурил, выждав какое-то время, наслаждаясь её смятением, покорностью и очередной порцией никотина. Он неспешно наслаждался сигаретой, потом еще одной и выжидал, – торопиться сегодня ему было некуда. Он был там, где хотел быть.

– Сидеть?

Приняв правила игры, она аккуратно поправилась, разместившись на полу всё в той же позе, но покорно и медленно положив кончики нежных пальцев на колени, попутно распрямив задравшуюся юбку.

– Хорошая девочка, – выдыхая, усмехнулся гость.

По её телу пробежала дрожь. Она была действительно рада, что справилась и с улыбкой и благодарностью посмотрела на своего хозяина на этот вечер. «Может он, потом, как-то наградит…» – мелькнуло в голове и тут она поняла, что таблеток было действительно очень много для одного раза. Ела она давно, и только в обед, а, значит, усваиваться они уже начали. Внизу живота начало немного тянуть, а мысли о награде были уже как будто и не ее вовсе. С ней творилось что-то странное.

Она испугалась, но запаха страха не было – он сменился на пряный запах лона девушки, и он это сразу почувствовал. Запахи никогда не обманывали его. Это было внутри, как нечто постоянное и неизменное, подобно зрению или слуху, и этот компас всегда верно указывал на доступную жертву по первой же мысли об этом.

– Правый гольф снять.

Девушка повиновалась, но нехотя. Разум сопротивлялся, это было неправильно, но тело слушалось уже с трудом. В этом бархатном и густом баритоне высокого незнакомца можно было утонуть.

Будь он еще хоть чуть- чуть гуще, его можно было есть столовой ложкой.

Протянув белый длинный изящный носочек, некогда скрывавший ушибленную коленку, она посмотрела, как тот аккуратно ускользает из пальцев.

– Открыть ротик.

Она снова повиновалась, а внутри все бешено колотилось. Время тянулось слишком медленно. Внутри все горело и снизу становилось слишком мокро. За время работы в этом магазине она пресытилась всякого рода интимными моментами жизни покупателей и вполне спокойно относилась к своим рекомендациям и напутствиям в их интимной жизни.

Сейчас же ей было как-то неудобно, стыдно и неловко сидеть в такой позе перед покупателем и при всем этом еще и хотеть этого проходимца. Пусть и красивого, пусть и сексуального, в меру жесткого… Она пыталась гнать от себя эти мысли, но думать сейчас не очень удавалось. С каждой минутой она понимала, что сознание уходит на второй план, уступая набору низменных базовых инстинктов.