Где-то там…

 – Поняв всё это, я сделал вполне логичный вывод: – Я стал несколько быстрее, реакция у меня изменилась, скорее всего улучшилась и ловкость в целом. – Обдумав это, я ещё немного постоял, отдохнул. – Ну, всё это неплохо и делает меня только сильнее, а значит, и шансов разобраться в обстановке и выжить здесь у меня становится больше, – всё-таки решил я. – Но сверхчеловеком я, судя по всему, так и не стал», – подумал я, рассматривая свои зудящие и покрасневшие ладони.

И полез дальше.

На этот раз я очень осторожно прокладывал себе маршрут дальнейшего движения.

Я всегда хорошо учился на ошибках, особенно своих, и поэтому сейчас прощупывал, просматривал и проверял каждый выступ, за который хотел ухватиться или куда собирался поставить ногу.

Вероятно, поэтому второй заход у меня прошёл более удачно, и уже через двадцать минут я добрался до самой нижней ветви дерева. Она по своей толщине ничем не уступала немаленькой дороге, была такой же кряжистой и морщинистой, как и сам ствол дерева, поросшей мхом даже ещё больше, но абсолютно никакой листвы видно не было.

«По крайней мере под ногами перестала хлюпать жидкая грязь, что простиралась у подножия дерева», – решил я.

Осмотревшись и сделав несколько шагов вдоль ветки дерева и едва не поскользнувшись пару раз, задумался: «И что делать? Лезть дальше или обосноваться пока здесь?» Хотя оставаться в царстве скользкого и полувлажного мха, куда попал я сейчас, мне не очень хотелось.

Но голос внутри меня опять дал небольшую подсказку:

«Нижний уровень крон гигантских деревьев с большой долей вероятности является ареалом обитания наиболее опасных хищников, живущих здесь».

«Видимо, придётся лезть выше. Интересно, какова действительная высота этих гигантов?» – подумал я и начал подъём дальше.

Я решил не останавливаться на нескольких первых ветках и, когда всё же залез выше тринадцатой или четырнадцатой по счёту, окончательно выбился из сил и подумал сделать привал и отдохнуть.

Я вышел из монотонного транса, в котором карабкался вверх, и осмотрелся.

Здесь оказалось уже значительно светлее, не тот сумрак, что стоял внизу. Кроме того, сейчас вокруг меня не было той гнетущей тишины, которая сопровождала меня во время подъёма, и единственным посторонним звуком, услышанным до этого, было то странное шуршание. Теперь окружающий мир полнился какофонией звуков. Кругом раздавались какие-то щебет, скрипы, шуршание, шелест. Сновали большие и маленькие насекомые, мошкара.