Где-то там: Где-то там. Город Древних

Длинные темные отростки, отходящие от исполинского ствола, а хайвэй, располагающийся сверху, еще одна ветвь этого гигантского дерева. А тот лес, что я видел у входа, это всего лишь малые ветви дерева и его листья.

В изумлении сделав несколько шагов назад, я уже новым взглядом осмотрел все вокруг.

С края этой громадной ветки открывался прекрасный вид на переплетение исполинских деревьев и их гигантских ветвей, образующих целый надземный мир.

Не наш мир.

На Земле такого леса быть не может.

«Теперь я точно могу сказать, где я.

«Мои друзья так точно поприкалываться бы не смогли», – невольная шутка вырвалась у меня.

Простое принятие этого факта как уже доказанного и состоявшегося события. И никаких сомнений.

«Надо возвращаться назад, неизвестно, что меня может поджидать здесь под каждым кустом, хотя кустов здесь, в общем-то, и не видно», – решил я и направился к тому месту, где пришёл в себя.

«Необходимо обдумать то положение, в котором я оказался, и подумать, что делать дальше. И вообще, есть ли у меня хоть небольшой шанс до этого дальше дожить. Но вообще-то, почему нет, ведь сколько-то я тут уже пробыл и пока ничего, лишь только на этого маленького грызуна наткнулся. Да, а не болен ли я? А то какие-то явно не мои мысли в голове. Может, это шизофрения, и я сейчас в виде одного из растений, пускающего слюни, лежу в какой-нибудь уютной палате», – эта мысль даже заставила меня остановиться на месте.

Но постояв немного, я осознал то, что это сейчас не имеет принципиального значения.

«Да даже если и так, – решил я, – то и тогда мне уже точно все равно, из состояния глубокого замещения личности, насколько я знаю, еще не научились выводить пациентов».

А пройдя ещё немного, подумал: «Вообще, как же странно размышлять о своем сумасшествии».

В этот момент я дошёл до своего пристанища и присел на кору толстенной ветки у входа, что являлась, вероятно, всего лишь небольшим дуплом в стволе этого древесного гиганта.

– Надо принять все это за данность, – задумчиво сказал я, рассматривая ближайшее дерево, всего лишь обычный (ага самый обычный такой) древесный листик.

Но в душе все еще жило сомнение и неимоверное удивление.

«Это невероятно», – наконец дошёл до меня весь смысл того положения, в котором я оказался. Один, неизвестно где и когда.