Где-то там: Где-то там. Город Древних

Аккуратно надрезал шкуру и осторожно, подгибая ее и разрезая удерживающие ее волокна, плавно и равномерно стянул шкуру как чулок, начиная от головы и так в сторону раздвоенного хвоста. Получилось это у меня на удивление легко, и если умение разделывать туши можно было еще как-то отнести на изучение способности владения клинком, то свежевание змей явно не подпадало под эти навыки.

«Похоже, умений у меня несколько больше, чем до моего пробуждения здесь, или этому я обучился примерно так же, как и владению клинком, но так как этот навык достаточно простой и не требует большой практики, то и изучил его я вполне незаметно для себя», – состроив такую вполне показавшуюся мне логичной цепочку рассуждений, я на этом и успокоился.

Сняв шкуру, я ее вычистил с внутренней стороны и положил охлаждаться в тени ближайшего дерева. Пока шкура охлаждалась, я занялся разделкой мяса. У змеи оказались очень крепкие реберные кости, и поэтому я постарался аккуратно вырезать ее позвоночник, решив, что и они могут в дальнейшем пригодиться.

«Прямо какой-то первобытный охотник», – пошутил я над собою, но рассудив, что, по сути, так оно и есть, продолжил прерванное занятие.

Отделяя кости от мяса, я обратил внимания на его слабый энергетический фон. Это навело меня на мысли о том, что мне необходимо развить в себе умение как-то определять различные свойства тех или иных веществ, предметов или жидкостей, которые встречаются на моем пути.

Оно бы мне очень пригодилось. А то в текущей ситуации я буду есть это мясо, только доверяясь своей интуиции, но не зная точных его качеств и того влияния, что оно окажет на мой организм, если такое проявится. Хотя наличие энергетического фона уже свидетельствует о каких-то непонятных мне свойствах мяса змеи.

Задумавшись над данной темой, я параллельно не прекращал заниматься продовольственным вопросом. Положив промываться вырезанные и очищенные от остатков мяса и сухожилий кости в протекающий рядом ручей, я принялся за разделку змеи.

Вычистив тушку и вынув из нее все внутренние органы, я оставил только наружный мышечный каркас, который и являлся тем самым мясом, которое мне хотелось получить. Промыванию мясо мною не подвергалось, так как во мне сидело знание, что от этого оно может быстро испортиться, поэтому я его только нарезал на куски и, пожертвовав остатками рубашки, сложил все в нее.