Возвращаясь к жизни? Том 2

Стайка местной детворы развилась в лагуне, которую я лично очистил для малышей. Вода была теплой и мы не боялись, что детвора простудится от переохлаждения. Там плескались и наши дети, Гелиона и Фроз. Хриза, моя чудная вторая половина, зорко следила за порядком в лагуне, не допуская грубостей между детьми.

По берегу ко мне шел Эрик. Он был расстроен и отчаянно скрипел суставами. Грохнувшись рядом, он уставился на играющих детей.

– Чем недоволен?

– Да, ИИ тормозят по-страшному.

– Ты все пытаешься их продвинуть в сторону человеческого сознания?

– Так интересно ведь.

Они ж более сложные программы, чем был я. Они должны были бы уже продвинутся. Но нет. Как были программами, так и остались. Я не могу их никак заставить испытывать чувства, им ничего не интересно. И это их постоянное «зачем». Я устал от него.

– На самом деле между вами огромная разница. Твое сознание в основном жило в псевдомозге, а он функционировал по принципу человеческого мозга и сигналы не следовали заложенной программе.

– Но ведь сейчас мы существуем на одинаковых нейроматрицах. Что ж теперь не так?

– Да все так, просто твое сознание было уже сознанием живого и разумного существа, ты ж даже в теле живом пожил, недолго. А они инициализированы на этих нейроматрицах и для них это единственная понятная и допустимая им форма существования. Все просто. И когда ты перестанешь скрипеть железом? Стань пространственником и не морочь людям голову. Ладно, когда первые три модели пространственников были стерильны и требовали специального генетического контроля.

Четвертая модель уже была способна к воспроизводству и весьма устойчива генетически. Да и в ней проявились новые способности. А пятая версия, особенно форрейского производства, – я похлопал себя по груди, – прекрасно себя показала. Сам факт, что уже 300 лет как свернули фундаментальные исследования в этом направлении, сам говорит за себя, так в основном внешностью занимаются.

– Нет, не хочу, мне в железе приятнее и комфортнее. Я тогда попробовал и мне не понравилось.

– Странно, все ЭРКА поменяли тела на людские, а ты один единственный такой красивый остался. Чем тебе комфортно в ПБК то?

– Да всем, куча приблуд, которых нет в теле пространственника, возможность разделять сознание на уровни восприятия, ну и из-за Хризы.

Я удивился и посмотрел на Эрика по-новому. Его откровенность стала для меня открытием.