Позывной «Технарь»

– Простите, – тихо, чуть ли не заикаясь и осторожно оглядываясь назад, ответил он, – но проведение испытаний на разумных существах запрещено конвенцией Объединённых Миров и Советом Содружества.

Аграф посмотрел на него, как на идиота.

– Ты все еще не понял, на кого мы работаем? – недоуменно спросил он у него в ответ. Немного посидел, молча глядя на него. А потом кивнул тому на дверь.

Парень, затравленно оглянувшись и выдохнув сквозь испуганно сжатые губы, с огромным облегчением, так и читающимся в его взгляде, вышел, даже выбежал, из кабинета.

– Сопляк, – процедил сквозь зубы пожилой аграф, глядя ему вслед. И, дождавшись, когда за его молодым помощником закроется дверь, протянул руку к видеовизору ближней связи. После чего набрал какой-то номер.

Над поверхностью визора появилось трехмерное изображение миловидной девушки аграфки.

– Геная, привет. Адмирал у себя?

– Да, господин Кораф. Связать вас?

– Конечно, – кивнул он.

«Иначе зачем бы я позвонил», – подумал аграф, глядя на симпатичную мордашку секретарши его начальника.

Всем на станции было известно, из-за чего адмирал держит эту девчонку. И к ее профессиональным навыкам или умственным способностям это не имело никакого отношения.

Пока профессор размышлял, прошла пара мгновений, и изображение девушки сменилось на лицо еще одного пожилого аграфа, волевое и жесткое.

– Что хотел? – без предисловий спросил тот у профессора.

– Включи шифрованный канал, – сказал Кораф в ответ.

Адмирал, посмотрев на него, кивнул и протянул руку куда-то за пределы обзора камеры визора.

– Готово, – сообщил он и еще раз повторил свой вопрос, – так что ты хотел?

Профессор посмотрел на адмирала и ответил:

– Мы закончили разработку адаптивной нейросети.

– Хорошо, – прокомментировал сказанное военный, – но мне-то с этого что? Ты лишь этим докажешь, что мы не зря вложили столько денег в твою команду. Так что это ты делаешь одолжение не нам, а лишь прикрываешь свою… – Договаривать он не стал.

Профессор и так понял, что старый вояка имел в виду.

Они все время конфликтовали на этой почве. Ведь львиная доля денег при распределении уходила именно Корафу и его команде. Но никакого результата добиться он до сих пор не мог. Так что в кулуарах шепотом поговаривали как о закрытии всего проекта в целом, так и о возможном скором несчастном случае, который может неожиданно случиться с самим профессором в частности.

По сути это был последний шанс Корафа реабилитироваться.