Серый: Серый. Подготовка. Стальной рубеж

Не знаю, как это я умудрился остаться незамеченным практически до самого последнего момента, но я спокойно прошелся по улице и завернул в проулок.

Тут-то я и увидел не очень симпатичную картину.

Трое каких-то отморозков избивали тихо поскуливавшую девушку, а еще один уже начал расстегивать штаны и вытаскивать свои причиндалы, когда на этот праздник жизни заглянула моя скромная персона.

Не успел я даже осознать увиденное, как из-за моей спины раздался веселый голос:

– Груздь, все чисто, никто не помешает нам поиграть с этой стервой.

И тут этот говорливый наконец заметил меня, обернувшегося на его голос.

– Ты кто? – тупо спросил не слишком сообразительный мордоворот, который был практически на две головы выше меня.

Я же начал быстро оценивать ситуацию, в которую вляпался по самые уши.

Четверо отморозков прямо передо мной. Все крупные. Глаза и морды наглые и какие-то звериные. Хоть до них примерно метров пять, но даже сюда долетает вонь перегара и дешевой водки.

Трое прекратили дубасить ногами девушку, которая уже даже не стонала, а просто закрыв лицо руками, лежала у стены неподвижной и сломанной куклой.

«Хоть на время отстали от девчонки», – как-то отстраненно зафиксировал я этот факт.

Последний, по всей видимости Груздь, так с расстегнутыми штанами и повернулся в мою сторону.

Такой же, как и его дружки, наглый, но при этом какой-то холеный и скользкий. Взгляд масляный и противный.

«Мне не жить», – почему-то мгновенно понял я.

Просто так не отпустят, да и убежать не дадут.

Хотя если честно, бежать некуда.

Еще двое позади меня – бугай и какой-то глистоподобный слизняк у него за спиной. Они гораздо ближе, всего в паре метров.

Что делать?

Бугай вытаскивает откуда-то из-за спины приличных размеров то ли арматурину, то ли трубу.

Те, что спереди, также повытаскивали нечто подобное.

Лишь главарь и глист остались безучастны.

Тот, кого назвали Груздем, с какой-то ленцой махнул в мою сторону рукой:

– Займитесь, – сказал он, – свидетели нам не нужны.

И развернулся к телу девушки, ногой переворачивая ее на спину.

Не знаю, что со мной произошло в этот момент, давно такого не было.

Думается мне, лет эдак уже двадцать.

Но страх ушел.

Я увидел лицо девушки и понял, что до девушки ей, как мне до старика: далеко и долго. Девчонка, молоденькая и маленькая. Лицо разбито в кровь, по-моему, на нем не осталось ни одного живого места. Да как, в общем, и на всем ее теле.