«Тяжёлая» вода

Но сам Николай Васильевич, по его утверждению, больше гордился своим первым орденом – «Красной Звезды», полученным им за спасение своих товарищей – экипажа героической, но такой трагической судьбы подводной лодки «Щ -402» капитан-лейтенанта Столбова…

– Однако, Олег, ну у тебя и силища! Чуть руку не вырвал! – старый моряк, здороваясь с своими более молодыми «коллегами», то ли в шутку, то ли всерьез потирал правое плечо.

– Дядя Коля, я не хотел! – чуть смущаясь своей медвежьей неловкости, отвечал молодой мичман.

– Не хотел он! – уже «сменив гнев на милость» ухмыльнулся старый вояка. – Надо же уважать старость!?

– Старый конь не бороздит море! – засмеялся Сафронов, протягивая руку для рукопожатия. – А вот скажи мне, пожалуйста, Николай Васильевич, что это за новаторство в мореходном деле?

– Какое такое «новаторство»? Я что-то тебя не пойму, Михал Афанасьевич! – Фадеев называл Сафронова не «Михаил», а «Михал», как бы проглатывая вторую «и», но боцман на это не обижался, привык.

– Ну и что обозначает команда «Табань»? Или как там еще? – боцман так солнечно и заразительно заулыбался «в полный рот», что его улыбка как эстафетная палочка сначала передалась – озарила Шевцова, а потом и Фадеева. Все трое дружно засмеялись – долго и заразительно. Продолжая смеяться, командир буксира объяснял – оправдывался:

– Да, понимаете, мужики, тащил я этот чертов кран, как черепаха тащились почти восемь часов? Не поверите, даже пару раз кимарнуть успел, да раза три «на толчек» сбегать? А тут, понимаешь, стал швартоваться – буксировать, а этот чертов кран вдруг возьми не с того, ни с сего разогнался! Я аж испугался, что в «стенку» влеплюсь.

Как говорится: «Корабль к «стенке», капитан на «стенку»![6 - Сойдет домой на берег.]. Корабль – в «стенку», капитана – к «стенке» (расстреляют)!». Надо тормозить? Давать «задний ход», реверс? А я что-то растерялся, вот и дал «петуха»: «Табань»! Ну, то есть «Стоп, машина! Задний ход!» Одним словом, Митрич меня понял, не подвел старый «мосол»[7 - Моторист-механик, служивший на буксире Фадеева тоже ветеран-подводник Ольшанский Александр Дмитриевич. ]. В общем, все нормально, мужики!

Трое моряков снова дружно рассмеялись, однако наблюдавшему за ними Крайнову было не до смеха: спецконвой задерживался. И это томительное ожидание только усиливало тревогу и беспокойство.