«Тяжёлая» вода

Казалось, эта идиллия вполне гармонична между начальником и подчиненным. Но это только казалось?! Французов был очень требовательным и педантичным командиром, четко знающим и строго соблюдающим законы (каноны) морской службы, сложившихся веками на флоте.

– Если на корабль прибыл лично командир флотилии, то какой брейд-вымпел должен быть поднят на флагштоке? – Французов старался говорить потише, дабы на привлекать внимание адмирала. Однако его твердый и четкий командирский голос был хорошо слышен и непосредственно Беляеву, и Крайнову (стоящему на мостике), и даже Шевцову.

– Вице – адмиральский, товарищ командир! – уже не так уверенно отвечал дежурный по кораблю. – Виноват!

– Конечно, виноват! Но, если корабль готовится к приему – погрузке боезапаса, то какой сигнальный флаг должен быть поднят на флагштоке ниже брейд-вымпела? Ну? Вы же штурман и даже командир БЧ-1, Андрей Леонидович?! Вам ли не знать азы морской практики и сигналы?

– Флаг «НАШЕ», означающий готовность к приему боезапаса корабля! – Беляев смутился и густо покраснел от стыда.

– Виноват, виноват! Неужели так трудно, перед тем, как заступить на дежурство по кораблю, полистать – почитать, освежить, так сказать память, корабельный Устав и свои непосредственные обязанности? Это трудно было сделать? – казалось, Французов как иезуит, ковыряет – пытает «бедного и несчастного» подчиненного, который так старался, а в результате?

– Никак нет, не трудно!

– Так почему же вы этого не сделали? Почему вы относитесь к своим непосредственным обязанностям «спустя рукава»? – командир продолжал свою пытку нотацией, не обращая внимание на состояние своего нерадивого подчиненного, который то краснел, то бледнел от стыда и собственной беспечности.

– Объявляю вам, капитан-лейтенант Беляев, выговор! И… отстраняю вас от несения дежурств по кораблю, пока снова не сдадите старшему помощнику экзамен на допуск к самостоятельному несению дежурств! И вообще, если бы я раньше узнал, что у меня на корабле будет такой штурман, я бы списал вас в другой экипаж! С вами в море я бы не пошел, товарищ Беляев!

– Есть, выговор! – состояние бывшего дежурного по кораблю было близко к обморочному.

Французов же, отчитав нерадивого подчиненного, направился к адмиралу, который уже с нетерпением ожидал, когда эта «порка» окончится.