«Тяжёлая» вода

 – Товарищи офицеры, ужин окончен! Все свободны! Единственно, прошу задержаться товарищей Крайнова, Синякова и… Бессонова!

Капитан второго ранга Бессонов уже был на выходе из кают-кампании, когда приказ командира его остановил. Когда офицеры экипажа, кроме названных командиром корабля, покинули салон, Французов обратился к Бессонову:

– Какая муха тебя укусила, Вадим Алексеевич? Какой пример ты подаешь молодым офицерам? Что можно вот так «шутить» в кают-кампании? Или ты нас не уважаешь на столько, что можешь себе такое позволить? А?

– Да я как-то не подумал, Александр Андреевич! Извините меня, пожалуйста, больше такого не повторится! – беспечная блажь деревенского полудурка быстро слетела с только что, буквально несколько секунд назад, с беспечно безмятежного лица командира БЧ-2.

– Не подумал он! – это буркнул Синяков. Замполит был злопамятен и долго помнил причиненное ему зло или оскорбление. Крайнов молчал, ожидая реакцию Французова и зная очень хорошо, еще с курсантской скамьи, что Саша Французов умеет «поставить в стойло» («обломать рога») любого зарвавшегося подчиненного.

– Кстати, Виктор Степанович, вас это тоже касается?

– Это почему это? – замполит от «праведного гнева» на командирскую несправедливость сразу превратился «в сеньора помидора». – Я – то тут причем?

– Как раз и притом, что у вас с командиром БЧ-2 уже с обеда перепалка началась: то вы вино делите, то у вас политзанятия «не так проводятся» в БЧ-2, то еще какие – то придирки! Я требую от вас, товарищи офицеры, соблюдать дисциплину и впредь любые разногласия или споры, дебаты и диспуты о том, кто прав, а кто виноват, должны быть прекращены! Вам ясно?

– Ясно! – Бессонов явно был обескуражен информированностью командира и неожиданной его поддержкой.